– Глянь-ка, Уиллз! – крикнул Бен, подходя вразвалочку со свёртком под мышкой. У него было трое старших братьев, и порой он разговаривал как они.
Уилл запихнул носки поглубже в карман куртки. Вряд ли сегодня он расскажет о них Бену. Рафи точно ни во что подобное не поверит.
– Не повезло, Уилл! – сказал Бен. – С таким стартом ты бы точно нас всех сделал!
– Не, – ответил Уилл, – вы отлично справились, ребята. А что в свёртках?
Внутри оказались джемперы. Вязаные худи с зигзагообразыми полосками кислотного цвета, которые, казалось, двигались. Если присмотреться, можно было увидеть на них крошечные чёрные точки. На ощупь джемпера оказались невероятно колючими.
– Жутковато, – сказал Бен.
– Маразм, – согласился Рафи.
– Восхитительно! – вздохнула мама. Уилл искоса посмотрел на неё. Это просто вежливость? – А что это за конверты в свёртках?
В конвертах были объявления о грандиозном открытии фабрики «Фитчет и Хорьки», а также всякие флаеры.
– Как это мило, правда? – рассеянно спросила мама.
«Странно», – подумал Уилл. На маму это не похоже. Бен и Рафи тоже были не в восторге.
– Ну, папе понравится, – заметил Бен. – Ему всё это нравится.
Все посмотрели на лужайку, через которую к ним направлялся папа Бена. На нём был джемпер с зигзагами цвета зелёной зубной пасты, горчично-жёлтыми и тошнотворными бледно-оранжевыми. Когда он подошёл ближе, Уилл заметил, что вдоль полосок идут крошечные чёрные крапинки.
– Эй! Разве эти джемпера не замечательные? Жаль, что у вас таких нет. – Папа Бена говорил намного тише, чем обычно. – Я хочу сказать: круто! Именно такой мне и был нужен, и я даже не знал, что он мне нужен, пока вживую не увидел его, а потом он оказался у меня – какая удача!
От удивления у Бена на лбу собрались морщинки.
И тут заиграли скрипки и барабаны. Папина группа играла для танцоров в зловещих костюмах, в масках и чёрных шляпах, Софи они нравились. Все пошли к центру лужайки посмотреть. Пока гремели барабаны и визжала Софи, Уилл подумал, что это даже к лучшему, что они не выиграли забег: он не хотел прикасаться ни к одной вещи производства фабрики Джаспера Фитчета.
10
– И посмотрите, что с ними случилось! – Уилл держал папины носки за распустившиеся золотистые пятки. Это было на следующий день после фестиваля, и он стоял на втором этаже Вязальной. Выяснилась, что мама ходит на йогу с дочерью Матильды, а внук Доркас учится в одном классе с Софи, поэтому Уиллу было разрешено ходить вязать к Банде Бабушек когда захочется, пока они сами от него не устанут.
– Носки Оживи-Шаги! – улыбнулась Доркас, и вокруг её губ лучиками разбежались морщинки. – В самый раз для уставших, измотанных людей. Твой папа болел?
– В прошлом году у него была пневмония.
– Тогда Герти их и связала, зуб даю, – сказала Доркас.
– Мы можем снова что-то сделать из волшебной пряжи? – спросил Уилл. – Могу я связать новые носки?
Мало того что веселье не удалось – Уилл ещё чувствовал себя виноватым из-за того, что испортил папины носки.
– Есть несколько этапов, которые ты должен пройти, прежде чем сможешь работать с волшебной пряжей, – сказала Жунь-Ю.
– Каких? – спросил Уилл.
Как раз в этот момент Гортензия нырнула в комнату через открытое окно, на шее у неё болтался бинокль. При её высоком росте ей пришлось сложиться чуть ли не вдвое, чтобы пролезть внутрь.
– Ну? – спросила Матильда. Гортензия была на крыше квартиры Жунь-Ю, в задней части Вязальной, и шпионила за фабрикой. – Что на уме у этого негодяя?
– Молочные бутылки! – выпалила Гортензия, и глаза её были такими же круглыми, как её очки. – Мистеру Фитчету привозят молоко прямо на фабрику.
– Да что ты! – прокомментировала Айви, не отрывая глаз от вязания. Она сидела, закинув ноги на стол и демонстрируя свои легинсы в цветочек. Айви всегда носила что-то в цветочек. – Как некультурно!
– Так что это за этапы? – снова спросил Уилл.
– Ну, – Жунь-Ю поправила на носу лиловые очки, – сначала нужно постоянно вязать целый год.
Уилл закатил глаза.
– Год?!
Жунь-Ю сурово кивнула.
– Без трудностей ничего не бывает, мой мальчик, – сказала Доркас. – Быстро только кошки родятся.
– А потом, дружок, – продолжила Матильда, – ты должен будешь выучить Петлю Слушания.
– Что ещё за Петля Слушания? – удивился Уилл.
– Самая важная из всех, – сказала Гортензия.
– И самая трудная, – заметила Айви. – Но она нужна для всех волшебных узоров.
– А что она делает? – спросил Уилл.
– Она позволяет тебе слышать свою Лучшую Сторону, – ответила Жунь-Ю.
– Слышать? – переспросил Уилл.
– Прислушиваться, – пояснила Айви. – Она помогает тебе следовать за подсознанием.
– Мы учим, как вязать её, только если уверены, что человек на самом деле увлечён вязанием, – продолжала Жунь-Ю, – и только если мы считаем, что он усердный и достоин доверия. Когда ученик её осваивает, он вяжет целый Джемпер Слушания, и тогда мы точно знаем, что этому человеку можно доверять и что он сможет стать волшебным вязальщиком.
– Ха! – отозвалась Холли, поднимаясь по лестнице с большим чайным подносом. – А может быть так, что они заставят тебя связать три Джемпера Слушания, а потом всё равно скажут, что не готов!
