– Без меня ты беспомощна, – насмешливо бормочет Томас, наслаждаясь своим положением. Я игнорирую его издевки и вместо глупого ответа, который обязательно сорвется с моих губ, привстаю на коленях и беру твердый член Харда, направляя в свои влажную плоть и резко опускаюсь. Самодовольная насмешка сходит с лица Томаса, а я подаюсь вперед и упираюсь ладошками в грудь брюнета, прикрыв глаза и открыв рот в немом стоне восторга. Я наверно выгляжу жалко в глазах Харда, как самая обычная девчонка, которая окончательно и бесповоротно стала зависеть от одного парня, нуждаясь в его прикосновениях, шуточках, в нем самом. Открываю глаза, чтобы столкнуться с насмешливыми искорками в карих омутах, но все что вижу – желание и трепет. Томас заправляет мои волосы за уши и тянет к себе, увлекая в легкий поцелуй. В груди поднимается горячая волна слез и прежде чем первые соленые капли оставят след на губах британца, выпрямляюсь и медленно двигаюсь круговыми движениями, как тогда в спальне Харда. Он облизывает губы и хватает меня за бедра, выравнивая ритмичность моих движения. Я поднимаюсь и опускаясь, с каждым новым толчком всё острее и острее чувствуя Томаса. Откидываю голову назад и держусь за кисти брюнета, набирая бешеную скорость и истекая потом под платьем.
Глаза Тома открыты и сосредоточены, но он смотрит сквозь меня через пелену надвигающейся разрядки.
– Майя… – он стонет мои имя и меня простреливает острота ощущений. Скребу пальцами его грудь, безобразно двигая задницей, ускоряемая движениями Харда. Чувствую, как внутри всё сокращается и сжимается вокруг пульсирующего члена, а потом меня накрывает невидимая волна экстаза и я выгибаюсь в спине как дуга. Сквозь туман наслаждения чувствую, как подрагивает внутри меня плоть Томаса и вижу, что его взгляд немного проясняется, а на губах проявляется блаженная улыбка. Хард произнес моё имя на пике наслаждения!
– Ты мной воспользовалась, – еле ворочая язык бубнит он.
– Что? Нет… Я не… – Том привстает, обнимает меня за талию, свешивает ноги вниз и занимает положение сидя, держа в крепких объятьях и прижимая к груди.
– Расслабься, я пошутил. – Он всё еще во мне и от приятной тесноты внутри всё сводит в тугой узел, а Хард еще намеренно дергает бедрами, заставляя меня вскрикивать.
– Иногда ты меня так бесишь, что хочется расцарапать тебе рожу, – зачесываю назад его влажные волосы и открываю доступ к шее, – или убить, по-разному бывает, – покрываю поцелуями вступающие вены под кожей и покусывая точеную линию подбородка. Хард тихо мурлычет, когда мои губы нежно касаются его кожи и порыкивает, когда оставляю на коже следы от укусов, мешая ласку с грубостью.
– Что ты еще хочешь со мной сделать? – его голос звучит тихо и напряженно.
– Раздеть, – шепчу ему на ушко, помогая снять футболку и переключаюсь на мелкие пуговицы своего платья. – Мне же тоже стоит…
– Не нервируй меня, Майя, – Хард облизывает пересохшие губы, впиваясь взглядом в каждое мое движение. Отбрасываю платье на передние кресла и остаюсь пока в одном лифчике, присутствие которого не устраивает и злит британца. Он срывает его с меня и отшвыривает в непонятном направление, держа мои руки вдоль тела, упиваясь открывающемся видом.
– Твоя очередь, – тереблю зубами нижнюю губу и встаю на колени, выпуская Харда из себя. Он издает стон разочарования, а я не могу скрыть улыбки от осознания того, что он не может без меня также сильно, как и я. Переворачиваюсь спиной к Томасу и наклоняюсь вниз, чтобы развязать шнурки на кроссовках Харда и окончательно избавить его от одежды, в вульгарном безобразии открываясь перед Томасом.
– Можешь там не торопиться, – хихикаю как дурочка, стаскивая с британца обувь. – У меня здесь такой вид, – он облизывается, сжимает мои ягодицы и хлопает по заднице, заставляя меня вскрикнуть от неожиданности и такого почти хамского поведения. Спускаю вниз джинсы с боксерами, предоставляя возможность брюнету доделать начатое мной. Одежда разбросана по салону автомобиля, и я полностью удовлетворенная своей затеей, собираюсь вернуться в прежнее положение.
