– Том… – её горячее дыхание обдает меня жаром, и я прикрываю глаза от наслаждения, забыв о том, что демонстрирую самоконтроль. – Он трогал то, что принадлежит тебя. – Майя целует меня в ямочку за ухом, покрывая напряженные вены на шее мокрыми поцелуями, нетерпеливо ёрзая своей задницей у меня на коленях, тревожа мой бедный член. За её ласками я не сразу соображаю и улавливаю смысл сказанного: кто-то прикасался к ней? Меня обдает ледяным потом, возбуждение притупляется, сменяясь страхом и яростью. Если ее губы, которые принадлежат мне, целовали кого-то кроме меня и сейчас прикасаются ко мне, я задушу ее прямо в постели и закапаю её очаровательный труп на заднем дворе, и каждый день буду приносить ей цветочки… чтобы помнила о моей доброте.
Майя игнорирует мою реакцию, но кожей чувствую, как ее губы расплываются в ехидной улыбочке дьяволицы. Она издевается надо мной. Заставляет мучиться в догадках и сходить с ума от неведения, лишний раз доказывая себе, что я окончательно погряз в отношениях с ней. Свои провокационные заявления она заглаживает нежными поцелуями с примесью боли. Зубами оттягивает мочку уха и подбирается к моим губам, очерчивая контуры подбородка и целует меня так, как никогда раньше, поглощая всего меня, желая оставить яркое клеймо моей принадлежности ей. Эта чертовка стонет мне в губы, проникая своим языком мне в рот. На мою территорию. Делает то, что обычно делаю я.
– Том, давай как тогда в доме братства? – Льюис держит моё лицо в своих ладонях и лихорадочным взглядом смотрит мне в глаза. Я знал, что алкоголь раскрепощает людей, но, чтобы до такой степени? Девушка на моих коленях, требовательно заявляющая чего хочет в сексе – это Майя из моих самых темных и грязных фантазий.
Она спускает тонкие лямки своего платья и обнажает свою грудь, что находится на одном уровне с моим ртом. Господи, дай мне терпения! Воспоминания вырисовываются в моей голове о нашей первой интимной связи на уровне фиктивных отношений, когда эта скромница, изнывая от желания, заставила меня попробовать её грудь. Тогда я познал, что мои губы на её груди – главная слабость Майя.
Изящная, объемная грудь лихорадочно вздымается и опускается. Набухшие соски требовательно торчат в мою сторону.
– Том… – Майя скулит от нетерпения, а ее скулеж отдаётся у меня в паху. Кончиком языка небрежно задеваю правый сосок, словно пробуя на вкус. Мою девочку перетряхивает. Накрываю ртом её грудь и зажимаю губами раскрасневшийся сосок, в награду получая сбивчивые стоны. Она расцветает под моими губами, а ее грудь словно набухает от каждого нового прикосновения и поцелуя.
– Потише, малыш, – Майя оттягивает мою голову за волосы и заставляет взглянуть в её выразительные голубые глаза, объясняющие причину изменения в её теле. Поэтому она такая неудержимая, бешеная, саркастичная и требующая секса – гормоны расшалились в преддверии «тяжелых» дней. У меня есть уникальная возможность, пока ей ещё можно, вытрахать из этой сучки всю дурь, что изводит меня каждую секунду моей жизни.
Припадаю к груди Майи, покрывая мелкими и обжигающими поцелуями каждый сантиметр её мягкой кожи. Кружу языком вокруг розовых сосков, уделяя внимания двум половинкам, разрываясь от желания обхватить всю её своими ласками. Мягкая и податливая грудь идеально ложится в мой рот. Льюис тяжело дышит, поднимается и опускается на моих коленях, отчего её грудь скачет туда-сюда и бьётся о мои губы. Мешаю нежные поцелуи вокруг светлых ореольчиков с покусываниями вызывающе торчащих сосков, получая в награждение удушливые стоны. Капли пота от напряжения, что стекают по шее, остаются на моих губах. Майя зарывается пальчиками в мои волосы и практически вдавливает моё лицо в свою грудь, чему я совершенно не против. И пока мой рот отвечает за ласки её груди, забираюсь в её влажные трусики и едва дотрагиваюсь до клитора.
– Том… – Майя вскрикивает и замирает, давая первой волне наслаждения затмить её сознание. Она прикрывает глаза и начинает усиленно работать бедрами, изящно скользя вдоль моих пальцев, что липнут от её влаги. Влажные волосы моей чертовки разбросаны и растрепаны. Она прогибается вперед и плотно стискивает бедра, откидываясь назад в порыве экстаза так резко, что я еле успеваю поддержать её под поясницу. Льюис обмякает в моих объятьях и крепко обнимает за плечи, прижимаясь мокрой грудью к моей щеке. Я слышу бешеное биение её сердца, чьи удары потихоньку возвращаются в привычный ритм.
– Один смысл твоего существования сменился на другой. – Язвительный тон Майи заставляет меня напрячься и ощетиниться. – Раньше твоей целью было трахнуть как можно больше телок, – с моих колен она перебирается на постель, – сейчас твоё единственное стремление – доставлять удовольствие только мне. – Дьяволица в обличии моей скромницы лежит за моей спиной на постели и самодовольно хихикает, наслаждаясь своей властью. Пропитанные ядом слова этой чертовки отравляют мне кровь в жилах.
