Осия говорил, что входов очень много, и у Джеффа создалось впечатление, что имеются в виду сотни и тысячи, но этого явно недостаточно, чтобы в каждом заднем дворе был свой вход. И не важно, что Скрытый Путь трудно заметить случайно. Кто-нибудь неминуемо наткнулся бы на него или провалился бы внутрь…
Бритва Оккама.
— Я думаю, единственное объяснение — что Сын был среди тех, кто похитил твою мать и Мэгги, и потому он хорошо знает ваш запах.
Если предположить, что Джефф прав, а прийти к такому заключению не очень-то трудно, то Сын ищет Торсенов и возвратится очень скоро, чтобы проверить знакомый запах. Большая удача, что Сын сначала отыскал Мэгги, и еще большая — что она не успела привести его к Торри.
В коридоре послышались тихие шаги.
Джефф быстро поднялся со стула и положил руку на пистолет, когда дверь распахнулась. Глупо, но Джефф регулярно практиковался быстро вытаскивать оружие, хотя и не слышал, чтобы в маленьких городках от этого умения был толк, если не считать легенд о Билле Джордане.
Пришли Мэгги и Ториан Торсен с коричневыми бумажными пакетами.
Этого и следовало ожидать. Сын не стал бы открывать дверь ключом, равно как и стучаться в надежде, что его пригласят войти.
Ториан Торсен улыбнулся уголком губ.
— Кроме цемента, мы принесли завтрак. — Он поставил свой пакет на стол и снял перчатки.
От запаха мяса, сдобренного чесноком, у Джеффа потекли слюнки.
— Гирос? — спросил Торри, и Джефф не сразу понял, что это не берсмаль, на который Торсены переключались, сами того не замечая, а просто название греческих сандвичей-гиро.
— Почти по пути, — улыбнулась Мэгги, — а я знаю, как ты их любишь.
Джефф тихонько вздохнул. Прошло только четыре года, но, казалось, четыре века с тех пор, как он был так же молод. Черт возьми, женитьба лишает людей огня, и ничего с этим не поделаешь.
Впрочем, ведь он получил Кэйти. Какие тут жалобы…
— Так, — сказал Торри, — начнем-то мы с завтрака, а потом что?
Джеффу вовсе не хотелось замешивать эту штукатурку, бетон, цемент или что там еще. А следы волка он может найти не хуже Торри, хотя до Торсена ему далеко.
— Думаю, пойду прогуляться. С кем-то из вас, — сказал Джефф.
Чтобы замешать чертову штукатурку, явно не требуется три человека. А правила охоты гласят, что не стоит охотиться в одиночестве. Хуже охоты в одиночку только охота с человеком, которому не доверяешь.
Из всех троих Джефф больше всего беспокоился за Торри — в случае опасности парень может не послушаться. Старший Торсен на незнакомой территории положится на него, да и Мэгги разумная девушка, что говорить.
— Мэгги?
Она резко повернулась к нему.
— Не хочешь прогуляться?
Торри начал было возражать, но его отец покачал головой.
— Конечно. Даже готова пропустить завтрак.
— А я нет, — ответил Джефф, протягивая руку к пакету с гирос. — Завтрак — моя самый любимая из четырех дневных трапез.
Однажды, еще в детстве, Джефф нашел идеальный след. Это было в первый день охотничьего сезона, они отправились на оленей вдвоем с отцом. Замерзшую землю словно одеялом присыпало двумя-тремя дюймами легкого, пушистого снега.
Это было чудесно. Джефф нашел цепочку следов, ведущих против ветра, и они вдвоем бесшумно преследовали крупного самца через поля и перелески, время от времени теряя след в кустах и тут же находя его снова. Воспоминание об идеальном следе Джефф хранил в памяти как драгоценный камень.
На этот раз не было ничего подобного. Ветер гнал поземку, разметывал снег, и хотя они с Мэгги время от времени находили следы в аллее, ведущей к Тридцать первой улице, на тротуаре след потерялся окончательно.
Пройдя четыре квартала, Джефф безнадежно махнул рукой. Больше следов им не найти, незачем себя обманывать.
— Ну что ж… — сказал он.
— Глубокое замечание.
— Что?
— Глубокое, говорю, замечание. — Мэгги хлопнула руками. — Это шутка. Понимаешь, я говорю забавную вещь, и все смеются.
— А-а. — Шутка, конечно. Если не считать того, что вовсе не смешно.
Через несколько минут до Джеффа дошло, что они стоят на углу Тридцать шестой и Эмерсона, всего в нескольких кварталах от дома Билли Ольсона. В Хардвуде Ольсоны жили напротив дома, в котором вырос Джефф, неподалеку от дома, который он купил для Кэйти.
Мир не то чтобы тесен, просто пути так забавно сплетаются. Мать Билли хотела бы, чтобы Джефф заглянул к ее сыну, да и отец тоже, хотя Эрни и под пыткой в этом не признался бы.
Действительно, лучше к нему зайти — тем более что в городе Сын. Билли, конечно, таков, какой он есть, но он все же один из нас.
— Пойдем туда, — сказал Джефф.
Джеффу всегда нравился район Ист-Калун. Лучшее место в городе. Для жителей Хардвуда Миннеаполис, хоть он и находился в пяти часах езды — или в четырех, если ехать с превышением скорости, — всегда оставался просто «городом».
Если Джеффу когда-нибудь придется покинуть Хардвуд и переехать в город, он поселится здесь. Болезнь, поразившая вязы по всему Среднему Западу, по странной причине пощадила почти весь Ист-Калун, и с весны до осени над улицами парил зеленый балдахин листвы, от которого зимой оставалось скелетообразное переплетение ветвей.
