— Корбен, пока что я сквозь пальцы смотрю на твое самоуправство, — Белиньи встал из-за стола и вернулся к окну, на свое прежнее место, — но это ненадолго, будь уверен... Так... Завтра с утра приведите этого человека ко мне. А магов... — герцог поморщился, — так и быть. Выпустите. И вышвырните из города прочь.
***
В начале октября, когда ударили первые заморозки, чародеи вновь собрались на центральной площади Мистрадина.
Все так же били барабаны, но флейты скорбно молчали: пятитысячное войско, собранное Барвисом, готовилось к походу.
Тан, грозный, в боевом облачении, верхом на крупном сером коне вел за собой огненных магов. Вельдис — тот самый сгорбленный старичок в сером плаще — вел магов воды. Предводителем магов природы был избран Мистра Калеб. Светлоокая Лаура, первая ученица Барвиса, командовала отрядами воздушных магов, а сам Барвис — адепт бури — вел за собой своих соратников. Вельберу поручили командовать немногочисленными магами грома и примкнувшими к ним волшебниками других стихий.
Составленное в боевом порядке войско не умещалось на площади. Пестрые шеренги волшебников залили белые улицы Мистрадина и дворы ближайших к площади домов. Повсюду трепетали флаги, шумели толпы провожающих, и над сомкнутыми рядами отправляющихся в поход магов висел тихий, тревожный гул.
Арти долго бродил по запруженным улицам, ища лицо Вельбера среди сотен других мрачных суровых лиц. Но учителя нигде не было. Много раз молодой маг звал его по имени, но никто не крикнул ему в ответ. Несколько раз он обошел площадь и улицы Мистрадина, но всё было напрасно.
Уставший от поисков, растерянный и подавленный, он сел под высокую раскидистую иву, росшую напротив торговых рядов, и стал отрешенно следить за последними приготовлениями перед походом.
Наконец, барабаны ударили громче. Вдалеке хрипло взревела труба. Вскинув знамена, маги нестройным шагом пошли к воротам.
"Быть может, даже лучше, что мы не встретились" — подумал Арти, глядя на белое солнце, печально плывущее меж облаков: "что бы я сказал ему? Пожелал удачи? Но ведь есть судьба, и она никого не минует. А удача здесь не при чем...".
Улиц незаметно пустели, как пустеет морской берег после отлива. Медленно удаляясь, грохотал барабан, и в холодном, чистом воздухе гудел, переливаясь, заунывный голос трубы.
Авангард войска уже прошел через ворота, и где-то вдалеке, среди ажурных сводов моста, колыхались пышные знамена. Идущие вдаль колонны начинали редеть. Отстающие шли небольшими группами.
Среди мечущихся флагов на мгновение мелькнул и тут же пропал белый штандарт с черно-голубой молнией. Последние ряды магов исчезали в воротах и за ними, пыля, тянулся длинный шлейф горожан.
Арти проводил взглядом уходящее войско и медленно поднялся.
"Прощайте, учитель. Деритесь храбро" — мысленно обратился он к Вельберу и, опираясь на посох, побрёл прочь.
***
Мистрал купался в густом тумане и расстянувшееся на несколько миль войско брело в голубоватой дымке длинной, нестройной цепью.
К вечеру маги достигли подножия хребта. К тому времени солнце уже закатилось, лес стал совершенно черным. Тан расставил людей вдоль тропинки и каждый из них зажег ослепительным светом свой посох. Сияющая огненная дорога протянулась от лесной чащи до каменных предгорий. Недобрая тьма расступилась, а вечер сразу же стал ярким и ясным.
Мертвецы зловеще выли где-то в отдалении. Иногда средь деревьев недобро вспыхивали и гасли зеленые огни, и мелькали тени, но слишком велики были идущие через лес силы магов. Зло настороженно таилось в темноте и в бессильной ярости металось в глухих чащах, гудело и ревело в черных вершинах сосен.
На бескрайнем пологом холме, спускающемся к неспокойно шумящей реке, воины разбили лагерь. Хлопая пологами, поднялись круглые темно-синие шатры, пламя рыжих костров взметнулось в звездное небо, где гуляла бледная желтоватая луна. Маги живой земли окружили лагерь плотной стеной деревьев; в зеленом сиянии над шатрами поднялись трепещущие под ветром густые кроны, и гибкий плющ, извиваясь, оплел крепкие, тёмные стволы, пряча стоянку от чужих недобрых глаз. Невидимые дозорные замерли средь листьев.
По периметру лагеря расставили зажженные факелы и свет их разогнал густую, негостеприимную тьму. Сразу стало как-то спокойнее, страх отступил. У костров начали потихоньку собираться люди. На дальнем конце лагеря затянули песни, потянуло запахом жареного мяса.
Над потрескивающим костром подвесили большой закопченный котел. Два молодых мага прикатили огромную бочку крепкого вина. Сидящие вокруг огня сдвинули кружки и темно-красная жидкость заиграла отблесками пламени, до краев наполняя собой звенящее стекло.
Широкоплечий и мрачный Мистра Калеб оказался заядлым балагуром и весельчаком. Из большого заплечного мешка он достал резную, тонко сделанную лютню, и вскоре над шатрами зазвенела простая и веселая мелодия.
***
