С этими словами он кивнул Малаге и Гэвину, развернулся, поплотнее запахнул пальто и направился сквозь поля дюны назад к огням города.
Офис коронера графства Эссекс, Северного округа, располагался в отдельном двухэтажном крыле Медицинского центра Ньюберипорта. Когда агент Пендергаст вошел во внутренний кабинет судмедэксперта, Генри Корнхилл встал из-за стола. На вид ему было около шестидесяти лет, высокий, с немного выступающим животом и с песчаными пучками волос над каждым ухом. На нем был белый халат, который, судя по его выглаженному виду и раннему часу, только он что надел.
— Доктор Корнхилл, — заговорил Пендергаст. — Спасибо, что приняли меня.
— Само собой, — коронер указал на стул с противоположной стороны стола, и Пендергаст сел. — Я так понимаю, вы здесь из-за Даны Данвуди.
— Да.
— Вы желаете осмотреть тело?
— Такой необходимости нет. Фотографий следственного дела будет достаточно. Однако я хотел бы услышать ваше мнение о причине смерти.
Судмедэксперт нахмурился.
— Я все описал в своем официальном отчете.
— Так и есть. Но меня не интересует ваше официальное заключение. Меня — разумеется, неофициально — интересует все, что вы, с учетом вашего многолетнего опыта, могли бы назвать интересным и необычным относительно состояния тела или причины смерти.
— Неофициально, — повторил Корнхилл. — Мы, ученые, обычно не строим домыслов, но, на самом деле, было несколько аспектов, которые меня заинтриговали в этом конкретном случае.
Пендергаст подождал, пока Корнхилл откроет папку, лежащую на его столе, и перечитает ее. Ему понадобилось еще мгновение, чтобы собраться с мыслями.
— Это убийство показалось мне — не могу подобрать другого слова —грязным. Судя по кровоподтекам на костяшках пальцев и предплечьях, Данвуди пытался защищаться, — он помедлил. — И если я должен сделать предположение, то я бы сказал, что жертва знала напавшего на нее.
— Почему вы так считаете?
— Потому что все раны располагаются на передней части тела. Данвуди явно находился лицом к лицу со своим убийцей. Похоже, что первый удар пришелся по его правой щеке над скуловой дугой. Завязалась драка. Смерть была вызвана травмой от удара тупым предметом, частично разрушившим лобную кость и теменную кость вдоль коронарного шва.
— А колотые раны?
— То же самое. Всего их было семь, опять же, все спереди. А-а, гм, знаки были вырезаны сзади.
— Они не были причиной смерти?
— Хотя некоторые из колотых ран, скорее всего, были нанесены еще при жизни, судя по состоянию кровоподтеков, можно утверждать, что подавляющее большинство их было нанесено уже посмертно. А порезы абсолютно точно были сделаны после смерти жертвы. И все они оказались неглубокими, чтобы вызвать значительную кровопотерю. Порезы слабые, почти неуверенные. Они явно не были нанесены в запале.
— На мгновение вернемся, если не возражаете, к другому недавнему убийству — историка, Морриса МакКула.
Корнхилл потянулся к столу и взял вторую папку.
— Ну, хорошо, так и быть.
— Причина его смерти была совсем иной: длинный тяжелый клинок пронзил его тело в горизонтальном направлении — с одного бока до другого.
— Верно.
— Могли бы вы сказать, что, по вашему мнению, МакКул также знал своего убийцу?
Коронер задумался на мгновение, словно размышляя, не было ли это вопросом с подвохом.
— Нет.
— Почему вы в этом уверены?
— Потому что природа смертельной раны заставила меня предположить — опять же, говоря неофициально — что он попал в засаду.
— Понимаю, — Пендергаст откинулся на спинку стула, сложив пальцы рук домиком. — Я нахожу интересным, доктор, что у этих двух убийств так много точек как сходства, так и различия.
Корнхилл потер лоб.
— Поясните?
— Одно убийство было преднамеренным: засада. Другое было спонтанным, и не запланированным: данный вывод вытекает из обнаруженных улик. Одно убийство было совершено решительно, с использованием тяжелого клинка. А в другом — ножевые раны оказались очень неуверенными. И все же в обоих случаях на коже был вырезан ряд символов.
Корнхилл кивнул в знак согласия.
— Все так и есть.
— У МакКула вырезанные знаки были нанесены при жизни. В случае с Данвуди, их нанесли посмертно. Любопытно, не так ли?
— Грань между прижизненным и посмертным нанесением ран невозможно так четко идентифицировать, и здесь я не соглашусь с вашим заключением. На самом деле, мистер Пендергаст, это не мое дело — размышлять о том, почему эти убийства были совершены.
— Ах, доктор, вот именно, что это
Корнхилл кивнул.
— Могу ли я попросить вас положить их на стол для сравнения?
Судмедэксперт встал, открыл шкаф для хранения, стоящий у задней стенки офиса, достал несколько дополнительных файлов, а затем выложил на стол ряд фотографий, лицом к Пендергасту.
Специальный агент изучил их с интересом.
— Хм, с художественной точки зрения, создается впечатление, что эти символы были вырезаны одним и тем же человеком. Вы не согласны?
Корнхилл вздрогнул.
— Полагаю, что так.
