Багровый берег (ЛП) полностью

— И вы согласитесь, что в обоих случаях использовалось одно и то же оружие?

— Вероятность очень велика. Это было необычное оружие в обоих случаях: широкий клинок, зазубренный, нелегальный и очень острый.

— И мы снова видим сходство. У меня будет к вам еще одна просьба, доктор. Внимательно изучите точный характер разрезов.

Судмедэксперт некоторое время смотрел на Пендергаста. Затем он развернул фотографии одну за другой лицом к себе и досконально изучил каждую. Наконец он поднял глаза в немом вопросе.

— Выглядят ли она похожими? — спросил Пендергаст.

— Нет.

— Не могли бы вы описать разницу, пожалуйста?

— Дело в контурах. В случае с МакКулом разрезы неровные, даже местами с загнутыми углами. Но знаки, хм, вырезанные на Данвуди, имеют гораздо более правильный контур. Вдобавок, они не такие глубокие.

— Последний вопрос, доктор, и я не буду больше отвлекать вас от работы. Если бы вы должны были сделать вывод — напоминаю, что я спрашиваю неофициально — что бы объясняло разницу между тем, как было порезано тело Маккула, и тем, как порезано тело Данвуди?

Судмедэксперт снова взял паузу, чтобы подумать.

— Порезы на теле МакКула были более глубокими, более жестокими. С другой стороны, те, что на Данвуди, кажутся почти... нерешительными.

— Я полагаю, что вы бы могли использовать термины «слабые», «неуверенные».

— Я так бы и сказал.

— Прекрасно. Спасибо. Вы подтвердили мои собственные подозрения.

Пендергаст встал, протягивая руку. Корнхилл тоже поднялся, пожав ее.

— Я в замешательстве. Все эти сходства, все эти различия... Что вы имеете в виду? Что эти двое были убиты разными убийцами?

— Совершенно противоположное: тот же самый убийца, только ведомый разными мотивами. И, что самое важное, разными отношениями между жертвой и убийцей. Хорошего дня.

И на этом Пендергаст развернулся и вышел из кабинета.

Ресторан «Штурманская рубка» как всегда был тускло освещен, но Гэвин быстро нашел агента Пендергаста в дальнем конце бара. Похоронный стиль одежды мужчины и бледность его лица сильно привлекали внимание.

Пендергаст заметил его, слегка кивнул, и Гэвин направился к нему.

Он чувствовал себя более уставшим, чем когда-либо за всю свою жизнь. Но это было не физическое истощение, а, скорее, эмоциональное. Он провел половину предыдущей ночи и большую часть сегодняшнего дня на месте братской могилы. И вовсе не из-за того, что там у него было много дел — для подобной работы требовались эксперты другого рода — но он должен был там присутствовать. Ему приходилось наблюдать, как одну за другой кости — несколько больших и много маленьких — извлекали из песка, чистили, маркировали, фотографировали и помещали в большие пластиковые ящики.

Однако, несмотря на усталость, ему было любопытно. Пендергаст оставил сообщение в полицейском управлении, попросив Гэвина встретиться с ним в семь часов в баре «Штурманской рубки». Гэвин понятия не имел, чего хотел Пендергаст, но подозревал, что его ждет нечто необычное, поскольку все, что делал агент, казалось необычным.

— Сержант, — поздоровался Пендергаст. — Присаживайтесь, — он указал на стул, стоящий рядом с ним.

Гэвин опустился на него.

Бармен, Джо Данвуди, который невдалеке полировал стаканы, поднял взгляд.

— Что будешь, Брэд?

— Дьюарс[83] со льдом.

Он наблюдал, как Данвуди наливает напиток. Работающий здесь бармен, когда его брат Дана был убит, взял — насколько знал Гэвин — только один день отгула из-за трагедии. Впрочем, братья никогда не были особо близки. Джо выглядел мрачным, но это вовсе не противоречило состоянию, в котором он пребывал почти повседневно.

«Мрачная», по сути, было хорошим словом для описания и «Штурманской рубки» в целом. Только половина столов была занята, и люди, сидевшие за ними, казались потрясенными и разговаривали приглушенными тонами, если они вообще о чем-то говорили. Известие о массовом захоронении и преднамеренном потоплении парохода вкупе с тем, что эти злодеяния, по-видимому, совершили более века назад местные жители, сильно ударило по Эксмуту — особенно, если брать в расчет недавние убийства.

Единственным исключением, казалось, стал сам Пендергаст. Хоть и не совсем счастливый, но он излучал какую-то беспокойную энергию, даже некое волнение. Гэвин наблюдал, как мужчина приготовил какой-то смехотворно сложный напиток: он поместил на стакан ложку, расположил на ней кубик сахара, и затем начал лить струю воды точно на него. Когда вода с сахаром попадала в бледную жидкость в стакане, она превращалась в молочное облако.

— Спасибо что пришли, — агент отложил ложку и сделал глоток напитка. — Полагаю, что большую часть дня вы находились на пляже?

Гэвин кивнул, делая глоток виски.

— Этот напиток не может быть приятным.

— Ничуть.

Пендергаст изучал опалесцирующую жидкость в своем стакане.