Скидываю одежду и залезаю в душ, желая поскорее смыть с себя запах Майкла. Вода падает на меня сверху, стекает по телу небольшими ручейками. В голове постепенно проявляются события прошлой ночи, и от них бросает в дрожь. До сих пор ощущаю шершавую теплую руку Майкла на своей талии. От воспоминаний меня трясет. Краем глаза замечаю, что кто-то стоит в дверях, но оборачиваюсь и понимаю, что там никого нет. «Показалось, Ви. Тебе просто показалось». Отворачиваюсь и продолжаю смывать с себя воспоминания о Майкле и ночи.
Выйдя из душа, осторожно прокрадываюсь к себе в комнату. Майкла здесь уже нет, а из коридора доносятся бурчание и пыхтение.
– Славу богу, – выдыхаю я и надеваю чистый халат.
С прошлого раза, когда я была здесь, ничего не изменилось. Все так же прибрано, чисто и… ужасно скучно. Понимаю, что, вполне возможно, Майкл просто-напросто одинок. Вот и все.
Выхожу из комнаты, чтобы сделать себе кофе. На кухне стоит Майкл и что-то готовит. Приятный аромат свежих жареных овощей окончательно приводит в чувство.
– О, наша недотрога решила выйти из каморки? – с улыбкой подмечает Майкл.
– Замолкни.
Я злюсь, скорее, не на него, а на себя, что так безалаберно решилась на такое. Впрочем, Майкл действительно замолкает и подносит кружку с ароматным кофе.
– Спасибо, – тихо благодарю и отпиваю.
Мне совестно, но в то же время я чувствую себя бодро, и… впервые за долгое время я выспалась. Даже несмотря на то, что вчерашний вечер перетек в более интимную обстановку, все равно где-то в глубине души я благодарю Майкла за то, что он помог мне развеяться. «Но никак не за страстный секс!» – как назло, мелькает мысль в голове, от которой я краснею.
– О чем думаешь? – спрашивает Майкл, ставя передо мной тарелку с завтраком.
– Да так…
– Нет ничего постыдного в том, чтобы вспоминать хорошие моменты.
Я кидаю злющий взгляд на Майкла, который сидит напротив и улыбается мне. «Доволен, как слон, ты погляди на него! Еще и советы дает! Вот хам!» Ничего не ответив вслух, приступаю к трапезе.
Завтрак мы проводим в полном молчании. Только стук столовых приборов разбивает эту тягучую тишину.
Благодарю Майкла за еду и ухожу в свою комнату, чтобы привести себя в порядок. Когда застегиваю блузу, раздается стук в дверь.
– Ты готова?
Быстро застегнувшись, торопливо роняю:
– Еще две минуты!
– Буду ждать на улице, – говорит Майкл и уходит.
Я мучительно вздыхаю, стараясь собрать остатки своей совести, которую, как мне кажется, я утопила в последнем вчерашнем бокале вина.
Посмотрев на себя в зеркало еще раз, устремляюсь к выходу. В доме тихо и пусто, работает только посудомоечная машина. Слышу мужские голоса и осторожно выхожу из дома. На лужайке стоит Майкл в строгом черном костюме, сшитом по его фигуре. Рядом с ним – невысокий старик, облокотившийся на грабли. Майкл прощается с ним, обменивается рукопожатием, и старик отходит к кустам.
– Кто это?..
Я пытаюсь сообразить, кем приходится старик Майклу, и не замечаю, как он берет меня за руку.
– Это мой садовник. Следит за тем, чтобы деревья всегда оставались в порядке.
Я хочу вырваться, но Майкл лишь сильнее сжимает мою руку.
– Мне подогнали мою машину, там лежит твоя сумка. Возможно, в какой-то из соседних сидит журналист.
– И что, мы теперь всегда будем ходить за ручку?
– Да, – улыбается Майкл, крепко обнимает меня за плечи и прижимает к себе.
Оливия молча вылезает из машины. Я провожаю взглядом ее плавно покачивающиеся бедра. «Конечно, если бы она не чувствовала ко мне симпатии или хотя бы обыкновенного любопытства, вряд ли случилось бы то, что случилось. Теперь же, когда она у меня на крючке, ею будет легче манипулировать», – понимаю я, и мои губы растягиваются в довольной полуулыбке.
Разворачиваю машину, вжимаю педаль газа в пол и несусь на работу. Но Оливия не выходит из моей головы. Ее губы, изгибы тела, тепло кожи… Помотав головой, стараюсь отогнать от себя все лишние мысли.
На работе меня ожидает Шон, который, как мне временами кажется, выкладывается на двести процентов из ста.
– Здорóво! – приветствует он меня, выказывая свое почтение и протягивая руку.
– Здорóво.
Мы жмем друг другу руки. Зам пялится на меня, как золотой леопард на мелкую добычу.
– Че смотришь?
– Да так, – мнется он, – выглядишь ты чересчур… довольным.
На последнем слове парень подмигивает мне. Я же, не обращая на это никакого внимания, прохожу в свой кабинет, оставляя дверь открытой.
– Мне уже нельзя быть довольным? – бросаю через плечо.
Шон усмехается.
– Может быть, ты втрескался?
Я кидаю на него взгляд, полный недоумения, чему он не придает совершенно никакого значения.
– Слушай, – продолжает он, – это, конечно же, не мое дело…
– Вот именно, – холодно соглашаюсь я.
– …Но ты и правда цветешь, как сакура по весне.
Я едва заметно ухмыляюсь. «Так вот что делает с мужчиной женщина, к которой его тянет!» – мелькает у меня ироничная мысль.
– Мне считать это избитым комплиментом?
– Ну, типа того, – отзывается зам, неопределенно пожимая плечами.
