Пораскинув мозгами и мысленно посчитав количество пятисоток в кошельке, решила, что нанимать такси при таком хорошем транспорте, как «Cobra Crossfire», глупо, поэтому ещё на полпути домой сменила направление, разворачиваясь на Чертовицкое.
Воронежский аэропорт, который так и называется – «Аэропорт Воро́неж имени Петра Первого», находился за чертой города, и ехать до него не меньше часа… на машине, в связи с постоянными пробками на дорогах.
Ага! Прикиньте, пробки бывают не только в Москве! Ну, да ладно.
На мотоцикле много времени дорога у меня не заняла, поэтому я даже побродить успела по обновлённому зданию аэропорта, который получил статус «международный» сравнительно недавно.
Раскрыв рот, разглядывала красоту современных технологий и никак не могла взять в толк, почему «… имени Петра Первого?». Это же порт для самолётов, а не порт для кораблей, барж или субмарин!!!
– Симка!!! – перепугано дёрнувшись, с удивлением поняла, что пропустила объявление прилёта Уваровой.
Обернувшись, посмотрела на проход с виноватым видом… а подруга просто летела ко мне навстречу, бросив свою сумку на пол, спеша обнять… будто мы сто лет не виделись!
«Страшно представить, что с нами будет, когда Машка улетит в Германию!!!» – на глаза снова навернулись слёзы.
– Нолик! – поймав свою кроху, с лёгкостью подняла Маню, но та сразу стала вырываться.
– Ты что, Симка! Пупок развяжется!
– Ой, да прям. Сколько ты там весишь?! Пятьдесят кило?!
– Знаешь, что? Для метра пятидесяти – пятьдесят килограмм – это предел! Дальше идут только изнурительные занятия фитнеса и нещадное ПП! Тебе, каланча, не понять!
Мои плечи затряслись от смеха.
– Не прибедняйся! Твоя фигурка всех немок затмит, Машенька.
– Фу! Мой прадед в гробу перевернётся, если я отдам девственность фрицу!
– Действительно – «фу»! – подхватив сумку, которая оказалась практически невесомой, направилась на выход. – Как тебе международный аэропорт?
– Симпатичненько. Не «Пулково», конечно, но чисто и уютно. На обитель зла ничуть не похоже, чтобы давать название «Чертовицкое».
Я хихикнула:
– На самом деле, «Аэропорт Воро́неж имени Петра Первого» – так звучит название этого здания. Я перед твоим прилётом как раз размышляла, почему имени Петра Первого… – выйдя на свежий воздух, мы спокойно двинулись в сторону парковки.
– Как это почему?! – возмущённо набрала блондинка воздуха в грудь, так что мне даже лёгкие её жалко стало. – Воронеж - Родина военно-морского флота. Именно здесь Петр Великий заложил корабельные верфи! Это раз! В Воронежской области повсюду символика Петровской эпохи. Речь идет о названиях скверов, парков, в памятных сувенирах – это два!
Машка, поступающая в Кёльнский университет на факультет «гуманитарные науки», грезила историей и философией все эти годы, что я её знаю. Любая неточность в сторону выдающихся людей прошедших эпох могла закончиться чревато для сказавшего «глупость». Ну… именно так трактовал мой «Нолик» подобные ляпсусы.
Иногда доходило до скандала… не со мной, конечно, но всё-таки я поостереглась, делая шаг в сторону.
Ни я, ни Уварова не заметили впереди стоящее препятствие.
– … имя Петра связано с эпохой Просвещения. Заложенные им традиции живы в Воронеже и до сих пор - город считает столицей студентов! Да в конце концов!!! Личный духовник царя - первый воронежский епископ Митрофан - благословил Петра Великого не только на создание флота, но и на строительство Санкт-Петербурга! А это, на минуточку, наш с тобой город!!! Ой!
Воздух в лёгких блондинки резко закончился, когда она наткнулась на…
«Вот неугомонный!» – сумев вовремя остановиться, сделала шаг назад, уворачиваясь от встречи моего носа с торсом Соколовского, тогда как Уварова, в запале возмущения, чуть ли не сбив с ног Ермолина, сама стала заваливаться назад. – «Не знаю, как там с «чуть не сбила», но сумочку он ей точно порвал!» – игнорируя моську Дениса, непонятно по какой причине расстроенную, выжидающе застыла, готовая стать свидетельницей истерики.
Евгений Ермолин, пытался не дать упасть Машке на асфальт, поэтому ухватился за её «счастливую» сумку, которая с характерным треском, разошлась, освобождая из своего плена кучу девичьих принадлежностей.
«Теперь понятно, почему спортивная сумка Уваровой такая лёгкая!» – молча наблюдая за тем, как друг Соколовского нагнулся к вылетевшим из сумочки влажным салфеткам, набору теней, туши, помаде, собирая всю косметику, с удивлением поняла, что Машка истерику закатывать не собирается. Она просто убивает несчастного взглядом, задохнувшись от нехватки кислорода… а Евгений просто очарован.
Усмешка вырвалась из меня бесконтрольно. Злобная бестия зыркнула на меня ТАК выразительно, что я неосознанно стала за спину Дениса.
– Девушка, извините, – сделал правильные выводы Ермолин, поняв, что даже я боюсь Машуню, когда она зла. – Я Вас не заметил…
«Ой, дурааак! На больную мозоль...»
Вытащив из порванной сумки маленькую бутылочку минералки, Машка набрала полный рот воды, а потом… потом выдала весь фонтан на лицо Ермолина, который сел за задницу от удивления.
