– Да. Был один. Но это было ещё в конце пятидесятых.
– Что было, Майкл?
– Это тайна секретного Департамента. Никто из нынешних сотрудников не должен знать об этом.
– Почему?
– Потому, что тайна! Но тебе я, так и быть, расскажу. Под честное слово сына генерала…
– Можешь быть уверен!
Кристофер снова начал волноваться.
– В пятьдесят восьмом году в наш отдел попал молодой специалист. Как-то у него не сложилось с другими парнями. Он был… не от мира сего. Настоящий учёный. С длинными волосами, в очках. В общем, хиппи. Аппаратура была, как ты понимаешь, не такая, как сейчас. Компьютеров в ведомстве не было. Был один. Аналоговый. С двухэтажный дом. Но стоял в головном офисе. А у нас только радиоприёмники и магнитофоны. Так вот. Он умудрился на этом барахле наладить устойчивую связь с тем миром. Мы тогда получили много полезной информации о нашей цивилизации, о русских, о Европе, о мусульманах. Так как добываемая им информация была слишком значительной и выходила за компетентность ведомства, было принято решение докладывать о ней в Белый дом. Сопоставили данные с данными разведки и сочли их убедительным доводом. Наш Департамент хотели передать ЦРУ, но решили оставить как есть. Тогда правительство и засекретило наш Департамент. Но информация где-то просочилась – и русские создали такую же службу. Наш «грабер», тогда он назывался «сканером», приносил все новые и новые донесения. Его «голоса» передавали через него «инструкции» нашему правительству. С его помощью мы тогда пресекли распространение красной чумы во Вьетконге.
– Это спорный вопрос, – вставил сын генерала.
– Ну, да, – продолжал Майкл. – Тем не менее, мы фактически победили в информационной войне с Советами, отстояли наше право под солнцем в последующие годы, обезопасили себя от терроризма и мусульманского радикализма.
– А этот сканер? Что с ним?
– Он покончил с собой. Официально посчитали его сумасшедшим. Все файлы о его деятельности засекретили. Его похоронили как героя Америки. Вот так. Вот такая история. И сорок лет Департамент в поиске. Какие-то контакты происходят, но редко и неуверенно. Фактически мы занимаемся наукой…
– Ищем каналы устойчивой связи, – закончил фразу Кристофер. – А ты откуда знаешь эту историю? Если все материалы засекречены?
Майкл снисходительно улыбнулся.
– За два года до смерти у него родился сын. Назвали в честь деда. Майкл. Так что теперь ты посвящён сразу в обе тайны.
– Ты его сын? – Кристофер широко раскрыл удивлённые глаза на Майкла.
Тот утвердительно кивнул.
– Поэтому я здесь. Продолжаю дело отца. Но то, что ты рассказал… значит, все-таки правда… ты не спал… надо доложить наверх. Напиши отчёт.
– Давай доживём до завтра. Завтра должен быть контакт в это же время.
– Ок! – согласился Майкл. – Но будем слушать вместе. Согласен?
– Конечно, согласен. И мне будет легче.
– Тогда до завтра, напарник.
– До завтра, напарник.
Мужчины пожали руки. Так у Кристофера появился новый друг.
Майкл вышел из офиса. А Кристофер создал архив данных, убрал все лишнее со стола, дождался сменщика, передал тому пост и направился домой.
По пути домой Кристофер все прокручивал и перекручивал в мозгу диалог с голосом, затем сопоставлял сказанное им с секретом Майкла. Полтора часа он накручивал круги на новеньком «Мустанге» вокруг своего квартала, пока мысли, наконец, не улеглись в стройную цепь событий и сознание не успокоилось.
– Со мной говорил Ангел, – напомнил себе Крис и остановил машину у шлагбаума на въезде в подземный гараж своего дома.
Он нажал кнопку пульта дистанционного управления. Но шлагбаум остался неподвижным.
– Что за день сегодня! – в сердцах воскликнул Крис и вышел из машины.
Он подал знак охраннику. Тот кому-то позвонил – и через пару минут мужчина в синем комбинезоне подошёл к шлагбауму, вставил в него ключ и поднял стрелу рукой.
– Проезжайте! – скомандовал мужчина в комбинезоне.
Кристофер въехал в гараж. Поставил машину и прошёл через внутреннюю дверь, минуя небольшой коридор, к лифту. Лифтом поднялся на последний этаж. Отпёр дверь своей квартиры, и прошёл в гостиную. В гостиной никого не было. Мери укладывала детей наверху в детской. Крис взял с винной полки бутылку виски. Откупорил её. Плеснул в стакан. Добавил четыре кубика льда. Закурил сигару. Уселся в кресло, вытянув ноги на пуфик. Глотнул из стакана. Затянулся. Выбросил перед собой клуб дыма. Вдохнул его обратно носом. Прикрыл глаза. И выпустил дым обратно тонкой струйкой через рот. А с ним и накопившийся за день негатив.
«К черту все мысли! Я дома. С Мери и с детьми. А всего остального не существует! И мне хорошо!» – успокаивал себя Крис.
Не открывая глаз, он сделал ещё несколько глотков из стакана, несколько раз вдохнул сигарный дым через нос, бросил сигару в пепельницу и задремал.
В таком состоянии он пролежал в кресле около двадцати минут, пока на лестнице не послышались знакомые шаги. Шаги, которые он отличил бы от миллионов других шагов. Это были невесомые шаги его любимой.
– Мери, – прошептал Крис.
– Милый! Ты пришёл? Как я не услышала? – искренне удивилась жена. – Вставай с кресла и садись за стол ужинать.
