Увлекательные игры, конкурсы. Например, кто лучше всех нарисует наш логотип — конверт с крылышками. И конкурс назвать «Весёлый конвертик», к примеру… Ну да мне ли тебя учить, Оля? Займись этим.»
Александр оседлал любимого конька. Глаза его маслянисто блестели. «Мы как миссионеры, несущие истинное киберслово язычникам» — продолжил он.
«Только так — через гонения, непонимание и напраслину, так — с бесконечным терпением, в рубище,» — Александр возбуждённо прикурил благоухающую «Treasurer Mild Gold» от золотой «DuPont» — «непременно в рубище, не требуя ничего для себя, мы вытащим эту страну из средневековья.
Да, именно так — через тернии! А как ты хотела!?» — риторически вопросил он, любуясь своим отражением в стеклянных дверцах шкафа для документов производства фирмы «Berkeley».
«Петь» — совершенно неожиданно даже для самой себя сказала Ольга и поразилась тому, насколько это слово было неуместно здесь.
«Извини — не расслышал. Как ты хотела?» — Александр совершенно по–мультяшному приставил ладонь к уху.
«Я петь хотела. Хочу» — поправилась Ольга «Хочу на певицу выучиться. В Москву поехать.» — еле шевеля онемевшими губами упрямо продолжила она. Ладная фигурка, притулившаяся в уголке массивного кресла, дрожала от огромного напряжения. Руки крепко сжимали «Справочник маркетолога».
Ненавистный «Справочник» был сейчас для Ольги очень нужной книгой. Спасательным кругом. Казалось — выпусти она его из рук и тут же вся её решимость испарится, как и не было её.
«ПЕТЬ?!» — вскричал Александр с выражением полнейшего изумления. Вскочил и немного посуетился рядом с Ольгой. «В Москву?!..» Маски самых разнообразных эмоций с неестественной и пугающей быстротой сменялись на его гладко выбритом, тренированном лице.
На мгновение Ольге стало жутко. Словно совершенно безумный мим коротко выглянул из глубинных складок сознания Александра и тотчас же нырнул обратно. Немного погримасничав, Александр вновь утвердился за столом и проникновенно смотря на Ольгу произнёс с надрывом:
«Не время петь, Оля!». С силой потёр виски пальцами и горячо продолжил: «Ты же знаешь, какая сейчас ситуация у фирмы. Мы с таким трудом вышли на международный рынок. Тебе ли не знать, как тяжело удержаться на достигнутых высотах?
Как раз теперь, от каждого нашего сотрудника требуется максимальная собранность и отдача. Тем более от ключевых сотрудников. Таких, как ты, Оля!» Голос Александра принял доверительный, отеческий оттенок.
«Ну же, Оленька — соберись! Я понимаю — ты устала. Мы все устали, но сейчас самый горячий период, надо потерпеть. А мы тебя в отпуск потом отправим. Да хоть бы вот — в Евпаторию! Чудное место, чудное! Сейчас не могу, а вот где–то в ….» — Александр полистал календарь — «вот — в феврале и поедешь, отдохнёшь! В Евпатории просто замечательно в феврале.
Договорились? По контракту у нас двухнедельный отпуск предусмотрен.» Он прямо весь светился участием и выказывал полную готовность помочь Ольге.
«Вы же знаете, что мой контракт с вами истёк полгода назад» — тихо сказала Ольга, не отрывая глаз от «Справочника маркетолога». «Вы не отпускаете меня под различными, непонятными для меня предлогами. Не даёте расчёт. Не отдаёте паспорт».
Совершенно Безумный Мим вновь выглянул и сухо сказал: «Ты не выполнила своих обязательств по условиям контракта. До тех пор, пока ты их не выполнишь, я не могу отпустить тебя».
Ольга сильно побледнела. «Я подписывала совершенно другой контракт. Моя подпись под новым контрактом подделана. То, что в нём написано — просто чудовищно. Я никогда не буду этого делать. В моём контракте не было никаких WEB — камер и Вы это знаете.»
«Было — не было» — нагло сказал мим и развалился в кресле. «Что теперь–то вспоминать? Теперь как есть, так и будет».
Ольга ошарашено молчала, не в силах выдавить из себя ни слова. Как и все хорошо воспитанные, интеллигентные девушки она совершенно была не в силах противостоять наглости.
Пока она собиралась с мыслями, в директорском кресле произошла очередная метаморфоза. После непродолжительной, но упорной борьбы, мим был вытеснен Александром. Последнему нелегко далась эта тактическая победа. Лицо Александра было потным и бледным.
«Не делай глупостей, Оля» — тихо сказал он. Помолчав, добавил обыденным, скучным голосом — «На сегодня я тебя отпускаю. Можешь быть свободна. Подумай на досуге над тем, что я сказал относительно работы с населением и организации детского конкурса. Да и вообще… Подумай.»
Договорив, он демонстративно углубился в бумаги, аккуратными стопочками лежавшие перед ним на столе. Аудиенция окончена — поняла Ольга. Газ из нетронутого бокала с «Perrier» вышел весь. С трудом выбравшись из низкого кожаного кресла, Ольга на ватных ногах направилась к двери кабинета.
Взявшись за ручку, она замерла на несколько секунд, собираясь, и решительно открыла дверь. В общей комнате немедленно воцарилась тишина.
