При облове хлопотных скоплений – макруруса или скумбрии – необходимы уникальные свойства траловых досок.
Макру́рус – глубоководная промысловая рыба, крупными скоплениями «висящая» над глубоководными горами. Мастера-капитаны так тонко рассчитывают траекторию движения трала на значительной глубине, что снайперски «снимают» косяки с вершин.
Скумбрия – очень скоростная и пугливая рыба, движущаяся в приповерхностном слое океана на нагуле. При ее облове трал ведут у поверхности, постоянно подворачивая судно, как бы «уводя» трал в сторону рыбы. Это чтобы не пугать рыбу шумом двигателя и звуковым импульсом своего эхолота, направленного строго вниз узким лучом.
Для решения таких задач и нужны траловые доски весьма сложного устройства. Внутри траловых досок устраивают рули поворота и глубины. При срабатывании таких рулей доски могут синхронно уводить трал вправо или влево, либо вверх или вниз, не нарушая рисунка раскрытия трала. Эти эволюции производят при помощи рулей гораздо быстрее, чем по старинке, подворачивая судно или травя-выбирая ваера. На значительных глубинах это просто долго, можно промахнуться, не попав на скопления.
Все перечисленные мною датчики являются достаточно дорогими изделиями. Если трал с датчиками по разным причинам (внезапный шторм, аномально большой улов, запуталась подводная лодка, заглох главный двигатель и трал наглухо посадили на задевистый грунт и т.д.) бывает утерян, проводится целое расследование. Весь указанный мною набор датчиков – это глаза штурмана и мастера тралового лова на промысле. Этим специалистам необходимо наблюдать все нюансы хлопотного процесса траления от постановки до выборки на борт.
Надеюсь, хотя бы в первом приближении смог обрисовать вам, насколько сложна и многогранна техника, с помощью которой профессионалы ловят рыбу к нашему столу.
2003 год, осень. Район работ – Прибрежные районы Баренцева моря. Борт промысловика ПСТ (посольно-свежьевой траулер). Я в ранге наблюдателя. Собираю биологическую информацию из промысловых уловов. Слежу за выбором квоты.
Однажды в мо́рось я вышел на палубу, чтобы сделать промер рыбы из улова. Расположился у кутка только что поднятого трала. Рядом матросы палубной команды, стоя на коленях, подрезают улов.
Именно в этот момент большая чайка, сидящая на портальном кране надо мной, совершила «скоростной сброс условно твердой фракции». Сброс прошел неудачно – попал как раз в меня. Я был защищен дождевиком от мороси, по дождевику и пришлась эта «очередь».
А палубникам развлечение, пошли едкие шутки. Я сказал, что это знак свыше, мне сигналят, что меня испытывают, но любят. После «очереди» сверху через пару минут прямо мне в руки из кутка выплыла сине-серебристая семга около 90 см длиной.
Смотрелась она весьма эффектно и контрастно на фоне зеленоватой трески, фиолетовой пикши и бурой камбалы-ерша. Удивленным палубникам я напомнил про испытания и любовь судьбы. Один острослов обиженно протянул: «А тут всю жизнь на меня гадят, а семги не было ни разу!» (он сказал пожестче, здесь я смягчил, текст могут прочитать маленькие дети и впечатлительные дамы).
Семгу я измерил, аккуратно вскрыл, изучил питание, зрелость, все надиктовал на карманный диктофон. Когда я завершил промер и уже уходил с палубы, чтобы обрабатывать аудиозапись, я обратился к вахтенному мастеру тралового лова. Сказал, что оставляю им семгу, потому что это они «морозят сопли» и имеют полное право на этот деликатес.
Через несколько дней мне принесли изрядный кусок засоленной семги со словами «За почин!» Удивительно, но именно после такого угощения в очередной трал попало уже три крупных семги. И опять мне палубники принесли большой кус деликатеса.
Это похоже на сказку, но опять после этого в трал попало две семги. И меня опять угостили. Семга у меня на столе была еще несколько недель, и именно по этой схеме. Я шутил: «Ребята, похоже, вы нашли прямой канал связи с Нептуном!»
Этот рейс оказался очень памятным по нескольким показателям. Про семгу я написал. Молодой капитан оказался философом, у нас были невероятно интересные и познавательные диалоги. Обычно наблюдатель-научник не сильно интегрирован в экипаж, на этом судне традиция была нарушена.
В институте обкатывалась новая система ответственности и оплаты труда для плавсостава, именно этот рейс оказался рекордсменом по заработкам в моей биографии.
Не торопитесь пролистывать. В рассказе я разбираю интересные варианты. Может пригодиться всем.
Мне удалось это всё освоить на подвахтах при обработке рыбы вручную на старых промысловиках. Научился далеко не сразу. Сколько же я рыбы перепортил! Зато сейчас вспоминаю с благодарностью моих учителей.
Для такой работы просто обязателен очень острый нож и твердая рука. Как первое, так и второе у меня появились далеко не сразу. Тему острых ножей и предшествующий им мой травматизм я раскрывал выше в других рассказах. Твердость в руках появляется при постоянном повторении верных движений при разделке.
