О! Она уже многих здесь знала. Вот герцог и герцогиня Георгины, вот девушки из свиты принцесс. На другом конце стола Шиповничек заметила чёрную фигуру принца. Слава Богу, он далеко от неё и не будет мешать наслаждаться обществом вельмож. Интересно, где его противная подружка? Шиповничек поискала глазами жёлтое платье Лютеции, но не нашла. Впрочем, ещё далеко не все собрались. А! Вот и мадам Розали вместе с мужем, вот и дядюшка…
Троян соизволил ради обеда прервать свою прогулку по саду и как раз входил в зал вместе с баронессой. Ага! Вот молодая георгиночка Джорджи, её очень легко узнать: среди дам ни у одной больше нет такого узкого платья. Может, это заграничная мода? В любом случае, Джорджи очень мила. И фигурку платье выгодно подчеркивает. С ней высокий голубоглазый кавалер в жёлтом, что-то шепчет на ухо…
Шиповничек уже потеряла надежду найти Розанчика и чувствовала лёгкие уколы одиночества. Пожалуй, у неё одной сейчас не с кем поговорить.
О, наконец-то! Вот и принцессы. Любезно приветствуют своих подданных и гостей, им все кланяются. Впрочем, не все, а лишь те, кто ещё не успел сесть за стол.
Принцессы заняли место во главе, вернее, по обе стороны от почётного места. Так, входят ещё гости: очень благородного вида кавалер в белом, наверное, испанец. Садится возле Бьянки. Ой, как интересно! В зал впорхнула стайка монахинь в трёхцветных одеждах. Ага, забавная пожилая дама села возле принцессы Скарлет. Шиповничек поняла по обрывкам фраз, что это "тётя Рута", двоюродная бабушка принцесс, из Швейцарии или из Германии, неважно.
"Ну, для бабушки она не так уж стара, примерно, как мой дядя", — подумала Шиповничек.
Созерцая блистательное общество, с которым она теперь сидела за одним столом, Шиповничек вдруг почувствовала неуловимое изменение в атмосфере. Странная тревога, будто подул ветерок, и головы всех повернулись к дверям. Шиповничек тоже посмотрела в ту сторону.
"Вот это да! Я и не думала, что она ТАКАЯ!" — мысленно выдохнула Шиповничек.
К столу приблизилась дама в голубом.
"Да она прекрасней, чем водяная лилия и астра вместе взятые!" — подумала Шиповничек, разглядывая незнакомку.
Счастье принцесс, что они вошли раньше, не то сейчас на них никто бы не обратил внимания. Все взоры примагнитились к новой гостье.
На ней было самое прекрасное в мире светло-сапфировое платье, отливавшее всеми оттенками белого и лилового. Пышнейшие воланы рукавов, пышная юбка и огромная шляпа с прямыми полями, которую вместо ленты и украшения из перьев обрамляла колышущаяся бахрома тонких упругих ресничек, торчащих вверх. Свёрнутые в тугую трубочку лепестки, были покрашены, как иглы дикобраза, поперечными полосками голубого, синего и лилового. На груди у прекрасной дамы сияла бриллиантовая звезда с десятью длинными лучиками и тремя удлинёнными сапфирами в центре. Ярко-лазурная орденская лента вилась наискосок через плечо и удерживалась сбоку серебряной застёжкой.
Это и был орден Кавалерской Звезды, вручённый знаменитой благотворительнице самим Папой Римским в Ватиканском дворце.
Но что значит самый прекрасный костюм по сравнению с лицом великой мадемуазель!? Он — лишь оправа для человека, только подчёркивает его собственную природную красоту. А лицо мадемуазель Пассифлоры ещё более прекрасно, чем её роскошный наряд.
Ровные черты, матово-золотистая кожа, нежный румянец, светло-каштановые волосы, лёгкая улыбка розовых губ, которые никогда не искривляла гримаса недовольства. Точёный прямой нос, как у статуй античных богинь. Гордая посадка головы на длинной гладкой шее. Царственные полные плечи, тонкая талия, спокойные аристократические руки.
Но самое главное! Под ровными линиями бровей сверкали лучистые синие глаза, казавшиеся прозрачными озерами. В них отражался внутренний покой. Ни больше, ни меньше, как душевное спокойствие — дар самый редкий на свете. Для людей это значит счастье, доверие, любовь, доброта. За эти глаза (а совсем не за золото, которое мадемуазель жертвовала на храмы, приюты и строительство домов с поразительной щедростью), именно за эти глаза мадемуазель Пассифлору называли святой. Ещё бы, ведь всё, что она делала, она наполняла этим нежным взглядом, и в сердце тех, кто общался с ней, зажигалась надежда…
Шиповничек в первый раз видела великую мадемуазель и не могла отвести глаз. Не удивительно, что впечатление получилось очень сильным, ведь и все остальные в зале, не сводили с нее взглядов.
Пассифлора заняла почётное место во главе, которое оставили принцессы для своей крестной. При одном взгляде на эту знатную даму становилось ясно, что здесь только одна королева, и нет ничего более непреложного, чем это решение.
Зазвенели бокалы, рекой полилось вино за здоровье именинниц, за здоровье короля, за всех гостей собравшихся здесь и, конечно, за здоровье крёстной матери принцесс — великой мадемуазель Пассифлоры, за её новую награду, орден Кавалерской Звезды.
