Вскоре Йон решил позавтракать. Один из официантов, коим был Мартин, очень скоро принес ему завтрак и буквально застыл на пороге, когда понял, что в этом номере снова живет Йон. Однако же задавать вопросов он не стал, ведь хорошего официанта не должно интересовать ничего, кроме качества кухни и сервировки стола. Мартин спешно накрыл на стол, выложил свежую отутюженную газету и скрылся в коридорах.
На завтрак был горячий бульон. Йон отправлял в рот ложку за ложкой и невольно глядел на первую страницу газеты. Что-то заставило его пододвинуть ее поближе и развернуть. Там была фотография отеля с кричащим заголовком:
Йон принялся читать статью об Андреа и пришел в ужас от того, как журналисты интерпретировали случившееся. В статье говорилось о том, что девушка, которая являлась дальней родственницей хозяев отеля, имела проблемы в преступном мире и что якобы она привела за собой врагов, которые решили расправиться с ней прямо в вестибюле. Йон едва не подавился, когда прочел это.
До этого момента никто не знал о том, что в отеле происходят убийства. Про Кристину никто ничего не писал в газетах, словно ее никогда и не существовало. Про Матео писали, что он умер от какой-то смертельной болезни. Про дона Хавьера говорили, что он застал своего сына мертвым и от шока потерял сознание, случайно вывалившись в открытое окно, а после доктор, как ни боролся за его жизнь, так и не смог его спасти. Про дона Игнасио написали, что у него якобы не выдержало сердце. Словом, все убийства, так или иначе, были замяты всякими не очень-то убедительными сказками. Убийство Андреа стало первым, о котором было сказано во всеуслышание. Но от врак оно не спаслось. И как только получается у этих чертовых газетчиков переворачивать каждую новость с ног на голову?
Йон с неприятным осадком на душе перелистнул страницу и увидел фотографию дона Хоакина. Сначала показалось, что это продолжение статьи про убийство Андреа, но это оказалась совсем другая статья.
«
Йон жадно начал читать, и от того, что там было написано, у него полезли глаза на лоб. Донья Канделария рассказала всю правду о рождении дона Хоакина! Вот только правда эта оказалась очередной ложью. Женщина рассказывала трогательную историю о том, как кто-то оставил у дверей отеля корзинку с бедным кричащим младенцем, и она просто не смогла бросить его или отдать в приют. Тогда она только потеряла своего родного сына, и этот ребёнок стал для неё словно подарком Господа. Однако дон Игнасио Гарсиа не знал о том, что его родной сын умер в младенчестве. Но любая правда рано или поздно выходит наружу, и за несколько дней до своей смерти дон Игнасио обо всем узнал. В завещании он написал, что не хочет, чтобы отель достался Хоакину.
«
Такими словами закончилась статья. Йон сидел с огромными от удивления глазами и пытался переварить прочитанное.
Вот так вот просто донья Канделария лишила своего сына всего, на что он претендовал ещё вчера. Теперь ни на что претендовать он уже не может. Донья Канделария отлично схитрила. Да и стала, наверное, в глазах многих героиней, которая спасла несчастного и всеми брошенного младенца.
Йон подумал, что для дона Хоакина эта новая выдуманная история звучала гораздо лучше, чем правда, ведь узнать то, что он был найден на пороге отеля, менее дико, чем узнать то, что он был продан родной матерью.
Однако Йона, на самом деле, особо не заботили чувства дона Хоакина. И, к своему изумлению, он поймал себя на мысли, что хотел бы, чтобы отец Альбы узнал настоящую правду. А почему – наверное, потому, что Йон подозревал во всех убийствах его. Когда не стало Андреа и подозревать стало больше некого, он решил вернуться с подозрениями к нему. И все это казалось очень логично, ведь кто, как не он, так хотел заполучить то кожаное кресло в кабинете управляющего отеля?
***