И что теперь? Что сделать и что сказать ей, чтобы она его простила? Йон не знал. Голова совсем не соображала, и он не смог придумать ничего лучше, кроме как просто прижать ее к себе и прошептать ей в волосы невразумительные слова:
– Прости, я не хотел делать тебе больно.
Альба не стала вырываться. Она вообще ничего не стала делать, будто ей было все равно. И от этого Йон растерялся еще сильнее. У него никогда не получались достойные извинения, и сейчас он проклинал свою неспособность подобрать нужные слова.
– Альба, – отчаянно проговорил Йон. – Я не знаю, что на меня нашло. Просто пойми меня, все эти убийства… они любому снесут голову. Прости, что обозвал тебя. Я не хотел. Правда, не хотел, и мне очень стыдно.
– Знаешь, – Альба неожиданно оживилась и посмотрела в его лицо. – Я понимаю тебя. На секунду я даже испугалась, что ты и правда его убьешь. Но сейчас понимаю, что ты бы этого не смог сделать.
– Почему?
– Я знаю тебя с детства, Йон. Ты хороший человек, и я уверена, что ты бы не сделал этого.
– А если бы сделал? Я сам в себе не уверен. Но знаю одно: я уже не такой, каким был в детстве. Многое изменилось после того, как ты уехала.
– Что именно? – спросила Альба. – Расскажи. Я ведь совсем не знаю, что было с тобой, пока меня здесь не было.
– Ты на меня злишься?
– Нет, если ты мне расскажешь.
Йон помолчал какое-то время, выждал, будто думая, нужно ли вообще что-то рассказывать. А после все же решил заговорить. Все равно ничего от него не убудет, а может, наоборот, даже станет лучше.
– В детстве я был ещё вполне себе нормальным, и это хорошо, что ты запомнила меня таким. Но когда ты уехала, все изменилось. Я стал работать официантом. Мне было достаточно лет, чтобы напялить униформу и выйти к клиентам. А ещё мне было достаточно лет, чтобы понять, как здесь относятся к слугам. Раньше я этого не замечал, а когда заметил, то очень удивился, как я мог не заметить этого раньше. Взять хоть твоего брата, который уже в десять лет понимал, что к чему. В общем, когда я все понял, то решил накопить на дом в деревне и увезти туда и мать, и Ивана. Точнее мы договорились вместе с Иваном откладывать весь наш заработок, чтобы в один прекрасный день купить дом и переехать туда всем вместе. Но посчитав, я понял, что даже если мы будем копить вдвоём, то не накопим на дом и за сто лет. Нужно было найти что-то ещё, но работать на двух работах было бы физически невозможно. От кого-то я услышал, что в таверне проходят соревнования по боксу и что на этом можно срубить денег. И я пошёл туда. Правда, не ставки делать. Я пошёл сразу драться, за это хозяин таверны платил гораздо больше. Вот только все так просто быть не могло. От бокса там было только одно название. Все остальное – драка без правил. Вернее правила там были, их Карлос придумывал по ходу дела. Я с его правилами сначала не мирился, делал все по-своему, а после уходил без денег и со сломанными рёбрами. Но потом решил плясать под его дудочку, и срубил довольно много денег. Не хочу подробно рассказывать, что в этой таверне проходило, дабы не шокировать приличное общество в лице тебя. Скажу лишь, что за несколько лет моих регулярных походов туда со мной что-то произошло. У меня не раз слетала крыша, были такие моменты, что я готов был забить противника до полусмерти. Не знаю, мог ли я сделать это на самом деле. Благо, меня всегда останавливал Карлос. Иначе и быть не могло. Я знал, что он не позволит, чтобы в его таверне случилось убийство. Возможно, сегодня я тоже знал, что меня остановят. Но все же не уверен, что не сделал бы того, что намеревался сделать.
– Йон. – Альба взяла его за руку. – Мне жаль, что недостаток денег вынудил тебя пойти в эту таверну. Но я не думаю, что ты бы сделал то, что намеревался сделать. Вспомни человека на кладбище. Он хотел тебя убить. Но когда пистолет оказался в твоей руке, ты не смог выстрелить. Ты ведь считал тогда, что он мог причинить вред твоей семье, но все равно не выстрелил. Это потому что ты не убийца, ты хороший человек.
Может быть, Альба была права, задумался Йон. Не смог бы он никого застрелить. Он не способен на убийство. Даже на убийство убийцы. Тогда, на кладбище, убийца и впрямь был прямо перед его глазами, но на спусковой крючок Йон нажать так и не смог.
– Теперь нам остается только ждать, когда закон с ним разберется сам, – проговорил Йон.
– Он не виноват.
– Почему ты так уверена? Ведь много что указывает на него!