– Во всяком случае, они наконец поплатились за свои преступления. Каждый же в конце концов получает то, что заслужил.
– Даже Монтойя получил. Когда я ехал сюда, я был намерен хорошенько врезать ему за то, что он отправил тебя на казнь. Но он схлопотал пулю, и теперь проваляется в больнице пару недель. Это ли не божья кара?
– Не говори так, – возмутился Иван. – Монтойя все же пытался остановить казнь. Он говорил с судьей, но тот его даже и слушать не стал.
– Интересно, получит ли какое-нибудь наказание судья? Кто будет судить судью?
– Я не знаю, – вздохнул Иван. – Будем надеяться, что это так просто ему с рук не сойдёт. И кто бы мог подумать, что все это устроил отец Эухении?! И ради чего?! Ради того, чтобы получить то, что ему не принадлежит!
– Кстати, как Эухения? Ты говорил с ней? – поинтересовался Йон.
– Да. Мы поговорили. Она, конечно, потрясена, но справится.
– Она молодец, – сказал Йон. – Если бы не она, то мы бы вряд ли сейчас с тобой тут сидели. И Мартин тоже не промах. Думаю, нам давно пора нанять более молодого дворецкого, как думаешь?
– Ты что, а как же дон Мигель?! Не выставишь же ты его на улицу?
– Он, конечно, несправедливый вредный старикан и все такое, – пробормотал Йон. – Но нет, я его не выставлю. Думаю, дать ему чуть другую работу. Можно сделать его вторым администратором, пусть они работают посменно. А то бедняга Густаво с раннего утра до позднего вечера один стоит за этой проклятой стойкой…
– Это будет началом твоих реформ?
– Ну вроде того.
– А что потом?
– А потом я вновь сделаю предложение Альбе. Только на этот раз как полагается. И мы, наконец, заживем.
В отеле «Гарсиа» был устроен пышный прием. Богатые и именитые гости демонстрировали свои лучшие наряды и самые дорогие украшения. Англичане, французы, американцы и все кому не лень приехали на этот праздник, чтобы засвидетельствовать свое почтение семье Гарсиа.
Оркестр играл приятную музыку, под которую молодые пары плавно кружились в вальсе. Отовсюду слышались вежливые светские разговоры на разных языках. Хрустальная посуда звенела, как перезвон тысяч серебряных колокольчиков. Все полнилось роскошью и приводило в восторг почти всех присутствующих.
Почти, но все-таки не всех.
Одна пара, притаившись, сидела за столиком и взирала на происходящее с едва скрываемым неодобрением.
Это были Йон и Альба. И этот прием был устроен в их честь.
– Ну чего же вы сидите! – воскликнула донья Адриана. На протяжении всего бала она пыталась их растормошить, но те сидели как в воду опущенные и не желали веселиться. – Как будто годовщина не у вас! Я, конечно, понимаю, что за это время вы успели от всего этого отвыкнуть. Но порадуйте меня хотя бы немного!
– Ох, ладно, мама, – вздохнула Альба, сдаваясь. – Пошли, Йон, станцуем хотя бы разок.
Она взяла Йона за руку, и они вышли в зал, сразу оказавшись в центре внимания. Гости пропускали их, расступаясь в разные стороны, как море перед Моисеем, и с улыбками на лицах им аплодировали. Альба и Йон, сконфуженные, натянули маски воодушевления и стали танцевать вальс.
За прошедшие пять лет они и правда отвыкли от всех этих приемов и от всего этого высшего общества в целом. Свое время они в основном проводили, убегая от аборигенов на каком-нибудь богом забытом острове или ползя по древним гробницам и пещерам. Дома они бывали крайне редко. Обычно закончив одно свое путешествие, они сразу отправлялись в другое. Родители Альбы и донья Беатрис так по ним скучали, что по случаю пятой годовщины их свадьбы решили устроить праздник настолько масштабный, что не явиться на него они бы просто постеснялись. Надо сказать, что это сработало. Узнав о том, кого собираются пригласить на праздник, Йон и Альба тотчас покинули Вест-Индию и оказались в отеле.
– Никогда не думал, что скажу это, но я хочу вернуться к индейцам, – пробормотал Йон.
– Да брось, – сказала Альба. – Все не так и плохо.
– Они все смотрят на нас.
– Они все пришли сюда ради нас. И с чего это ты вдруг стал таким скромным?
– Потому что я танцую вальс впервые.
– Тогда тебе не о чем волноваться, – ответила Альба. – Потому что я даже этого не заметила. Кстати, ты видел Хантов? Они тоже сюда приехали. Я была просто в шоке! Нужно будет потом с ними перемолвиться парой словечек.
Наконец танец завершился, и Йон вздохнул с облегчением. Они с Альбой отправились к столам и взяли по бокалу золотистого шампанского.
– А помнишь тот вечер, когда мы кружились на балконе? – вдруг спросила Альба. – Ты был еще официантом… И я готова поклясться, что это был вальс!
– Да мы просто дурачились, – буркнул Йон. – И это был не очень-то хороший день… Нужно разыскать Хантов, – тут же перевёл он тему. – Будет не вежливо, если мы с ними не поговорим.
Но искать их не пришлось. Они сами неожиданно возникли прямо рядом с ними, и лорд Хант с улыбкой до ушей сказал:
– Good evening, Mr and Mrs Garcia5… Сеньоры.
– Добрый вечер, – вежливо отозвались Альба и Йон.