- Нет, – и ржет.
Поднимает на ноги, все так же за дреды, усаживает на диван, который не в силах был помочь мне – предатель. Осматривает меня с ног до головы, а потом просто сдирает с меня мои родные, безразмерные джинсы.
- Что... не понял... насилуют!!!
Тем временем с легкостью преодолевая мои попытки к бегству, друг полностью раздел меня, ну не совсем, хоть боксеры оставил, спасибо за это.
- Костюм сам наденешь или с моей помощью? – поднимает вверх правую бровь.
- Ублюдок, давай костюм.
Ну, а что еще поделаешь. Все-таки я красивый, сексуальный и мне любая одежда должна пойти.
- Он у меня в комнате, пошли, – а в голове рождаются разные планы бегства. Прежде, чем дойти до комнаты друга, можно раз десять скрыться в неизвестном направлении, и самому потеряться, только жаль, что я голый. Но ничего, местные бабушки любят стриптиз, проверено.
- Даже не думай. Ты хоть помнишь, как прошлый раз тебя одна бабуся чуть не изнасиловала, кто тебе помогал, а? – глаза в пол, я здесь не причем, меня нет, я невидимка, – правильно делаешь, стыдно, да?
Вновь хватает меня за дреды и перекидывает через плечо…. Что…? Не понял, через плечо… меня…
- Мааааааааааааааааарк, – ору во все горло. Вы только подумайте, что он сделал, я ведь не какая-нибудь девушка. А вдруг уронит, и что тогда, я ведь такой хрупкий.
- Да, милая. Я понимаю, что ты в таком положении, что с тобой надо обращаться нежно, но извини, – и скинул меня на кровать, быстро ретируясь в гардероб.
Вот нет, это же надо, издевается надо мной. Я как в мультике «Голубой щенок», такая же судьба. Только я не жалуюсь, что я голубой, мне это очень нравится.
Друг вернулся с прелестным серым костюмом и розовой рубашкой в руках, хорошо, что без галстука. Боже, о чем я думаю,… о галстуке. На меня сейчас, без моего разрешения напялят костюм, а я о галстуке.
- Милый, сам оденешься или помочь? – и опять правая бровь полетела вверх, ого, как высоко.
- Неплохо, – стою посреди комнаты Марка, он скользит по мне оценивающим взглядом, будто шлюху выбирает. Все это меня крайне возмущает. Надеюсь, Билл оценит мои жертвы, и они окажутся не напрасны.
- Ты смеешься надо мной? – первый и последний раз в своей жизни я надевал костюм, когда в школу пошел, и сейчас я чувствую себя точно так же, как тогда. Мне еще бантика в дреды не хватает, кончено в школу я не ходил с ним, но признаюсь, баловался немного.
- Да нет, розовый цвет тебе к лицу, даже очень, – обходит меня кругом, будто новогоднюю елку, а я и шевелиться не смею, мало ли, у друга такой сосредоточенный вид, что одно лишнее движение, и мир взорвется. Осматривает меня, как картину в музее, боясь потерять хоть один штрих в произведении искусства, это определение мне очень льстит, но только до тех пор, пока я не вспоминаю в чем я.
- Ты надо мной точно издеваешься, нет, определенно, ты меня за что-то невзлюбил.
Усмехается.
- А что, не за что? – действительно, он прав, даже стыдно становится. Боже, куда катится мир. Вот о чем я сейчас подумал?
- Не беспокойся, думаю, ты произведешь впечатление на Билла.
- Не сомневаюсь, – бурчу себе под нос, плетясь за другом на выход.
- Марк, что на этот раз?
Сидим и ожидаем начала балета. Места у нас оказываются те же, что и в прошлый раз, вот что значит иметь брата-балерину. Но иметь друга, брата балерины, означает не иметь ничего. Что-то я не понял что сказал, но это сути не меняет, которой тут и нет.
- Спящая красавица.
- Ой, а я мультик этот смотрел, – сразу вспоминаю детство, полное красочного нарисованного кино, – там еще девушка укололась чем-то, и ее так вставило, что уснула на сто лет.
Марк достает платок из нагрудного кармана и вытирает лицо, достаю еще свой и помогаю.
- Спасибо, я как раз забыл сегодня умыться, – язвит, подумаешь – забрызгал, не описал же.
- Обращайся, буду рад помочь.
- Я... – не договаривает, взгляд устремляется на сцену. Кажется, началось.
