Барельеф Йех Пулу восходит, вероятно, к эпохе относительной независимости Бали от Явы, достигнутой благодаря правлению балийского князя Эрлапгги, о концом известно, что в свои последние годы он переселился на Бали. Однако в XII веке правители династии Педженгов, имевшие свою резиденцию немного севернее Гоа Гаджи, воспользовались волнениями на Яве, чтобы еще раз выступить против яванского засилья. До 1284 года они правили сравнительно спокойно. Для Бали и его культуры это было весьма продуктивное время, что нашло свое отражение в первую очередь в успешном строительстве.
В 1284 году правителю княжества Сингасари на Восточной Яве — Кертанагаре — удается совершить поход против Бали и взять в плен раджу Педжепга, после чего остров на некоторое время подпадает под власть Явы. Вскоре после этого на Бали вновь появились надписи-указы местных правителей, в которых отсутствуют какие-либо следы зависимости от Явы. В 1343 году подчинить Бали удалось княжеству Маджапахит благодаря действиям его военачальника и министра Гаджи Мады. То, что мы уже слышали как легенду о князе Педженга Беда Улу, имевшем голову дикого кабана, получает здесь историческую основу. Педженг — это место, где Бали потерял свою независимость от Явы, но в то же самое время и место, где родилась явано-балийская культура, которая вскоре широко распространилась. В это время в Ледженге было построено сорок храмов. Многие сейчас находятся в плачевном состоянии, что не слишком беспокоит живущих здесь балийцев. Состояние бронзового барабана, ценнейшего и, вероятно, древнейшего памятника балийской истории, который к тому же считается священным, хранящегося в храме Пура Панатаран Сасих в деревне Педженг, свидетельствует о небрежном отношении балийцев к своему прошлому, как и вообще ко всему преходящему.
Никого на Бали не интересуют возраст и художественная ценность этого уникального барабана, относящегося, по мнению некоторых ученых, к бронзовому веку, точнее, к донг-шонгской культуре. Но каждый балиец знает легенду о нем. Поскольку никто не может сказать, где был выплавлен барабан и как он попал на остров, балийцы рассказывают предание о том, что барабан — это упавшая на землю луна, которая в результате человеческого святотатства превратилась в барабан, называемый и по сей день Луна Бали. Когда-то было тринадцать лун вместо теперешних двенадцати и они управляли месяцами. Упав на землю, одна из лун повисла на высоком дереве. Опа светила так ярко, что люди подумали: не иначе, как дерево загорелось. В эту ночь на всем острове было светло как днем. Свет мешал ворам делать темные дела. Тогда один из них взобрался на дерево и хотел помочиться на луну, но та взорвалась, убила нечестивца и, превратившись в барабан, упала на землю.
Этот гигантский барабан (или гонг) высотой свыше двух метров и диаметром 1,6 метра снабжен тремя большими ручками. Его звучащая поверхность украшена орнаментом со звездой и «тимбаком» — символом копья. На барабане есть также изображения человеческих лиц с большими, широко открытыми глазами и с оттянутыми серьгами мочками. Стоит этот барабан на высокой решетчатой гробнице. Бронзовые барабаны-гонги встречаются на территории Индонезии не так уж редко. На острове Алор всего несколько десятилетий назад барабаны меньших размеров использовались в качестве валюты. Правда, другого барабана, равного педженгскому, на Бали нет.
Как древним балийцам он, вероятно, казался чудом, когда они рассматривали топкое литье, выполненное в технике «утраченной модели», и его великолепную фигурную и орнаментальную обработку, так и сегодняшним жителям Бали он представляется не меньшим чудом.
Вблизи храма Пура Пенатаран Сасих, куда люди приходят, чтобы почтить барабан, несколько лет назад нашли остатки формы из туфа, предназначенной, по всей видимости, для аналогичного барабана, хотя и меньших размеров. Это дает возможность предполагать, но ни в коем случае не утверждать, что Луна Бали был отлит на самом острове.
К северу от Пендженга мы вновь встречаем памятники XI века. Наряду с Гоа Гаджа они являются наиболее значительными на острове. От дороги, проходящей высоко над рисовыми террасами, спускается узкая, местами ступенчатая тропа, ведущая к каменным, вырезанным прямо в скале гробницам раджи Удаяны и его семейства, которые говорят о тысячелетнем влиянии яванской культуры на Бали. Никогда больше в истории острова не вырезали каменных памятников прямо в скалах, и не потому, что не умели — просто не хотели. В монолитных башнях, напоминающих восточнояванские чанди — святилища в честь усопших из династий Сингасари и Маджапахит, проявляется главенствующий дух правительницы Махендрадатты, происходившей из яванского рода.
