На гробницах-чанди имеется надпись: «Оба моих сына». Можно ли предполагать, что один из них — Эрлангга? Балийцы рассказывают об этих гробницах легенду, похожую на ту, что относится к Гоа Гадже. Здесь Также фигурирует великан Кбо Ибо, ногтями сотворивший гробницы прямо в скалах. Этот мир близок представлениям балийцев в отличие от явано-индуистского каменного мира, попавшего на его остров.
Справа от чанди находится лабиринтообразное святилище, видимо более древнее, чем чанди. Может быть, здесь жили монахи, охранявшие гробницы, поэтому правители после смерти охотно доверялись их попечению.
Недалеко от чанди Гунунг Кави находятся священные источники Тиртха Эмпул, которые извлек из земли бог Индра, после того как его противник, демон Майя Данава отравил реку Петану. Так гласит народное предание, благодаря которому эти источники стали местом паломничества, привлекающим сегодня тысячи посетителей.
Раньше деревня Тампаксиринг, к которой относятся священные источники, была тихим, спокойным местом. Но постройка первым президентом Индонезии Сукарно летнего дворца в горах над святилищем положила конец спокойствию. Злые языки утверждали, что он выбрал это место потому, что оттуда удобно наблюдать за купающимися балийками.
Сегодня у подхода к Тиртха Эмпул оборудована большая стоянка автомобилей. Слева и справа от дороги, ведущей к источникам, тянется непрерывная цепь лавчонок, где предлагают все, что может взволновать сердце туриста, — от вырезанной из кости танцовщицы, примитивных масок Рангды и изображений Гаруды до модного платья.
К стенам, окружающим источники с обеими священными купальнями для ритуального омовения (справа для мужчин, слева для женщин), ведут ступени через узкие ворота. Однако, прежде чем балийцы, раздевшись донага, входят в купальню, они совершают жертвоприношения у храма, обновленного в 1969 году.
Надпись на древнебалийском языке, обнаруженная несколько лет назад на священном камне, хранящемся в расположенной неподалеку деревне Манукая, гласит, что священные источники Тиртха Эмпул были открыты в 962 году, что соответствует периоду древнейшей династии на Бали. О дальнейшей истории этого места мы знаем совсем мало, да и то немногое густо сдобрено мифами и легендами, способствующими тому, что каждый балиец, входящий в купальни Тиртха Эмпул, убежден в освящающем и укрепляющем действии их воды.
Жители Манукая, одной из окрестных деревень, в ночь полнолуния четвертого балийского месяца приходят к источникам со своим священным камнем для ритуального очищения. Есть деревни, население которых раз в год приносит многие вещи домашнего обихода, чтобы с помощью святой воды освятить и благословить их, поскольку они верят, что через предметы благословение перейдет к тем, кому они понадобятся в наступающем году.
Это ожидание благословения, эта уверенность, переливавшаяся из поколения в поколение, в целебном действии и помогающей силе Тиртха Эмпул и служат причиной того, что балийцы отовсюду спешат к нему.
Большинство прибывающих на Бали туристов руководствуются старым порядком, определяющим поездку по острову. Согласно ему экскурсия заканчивается в Тампаксиринге в полдень, с тем чтобы успеть пообедать в гостинице перед отъездом. Я не советую придерживаться этого порядка, а продолжить путешествие в совершенно другой мир, каким мне представляется северное побережье Бали. С трудом верится, что такой небольшой остров по своему ландшафту и жизненному укладу населения заключает в себе столько контрастов.
С самой высокой точки перевала взору предстает Гунунг Батур с его склонами, покрытыми затвердевшей лавой, и конусом, испещренным трещинами, из которого почти постоянно выбиваются тонкие струйки дыма. Под нами раскинулось озеро Батур, а по другую его сторону, на правом берегу, под крутыми стенами старого гигантского кратера, мы угадываем очертания Труньяна, одной из деревень бали ага, в которой мы уже побывали.
Последнее извержение Гунунг Батура произошло в 1963 году, когда случилось и последнее мощное извержение Гунунг Агунга. Храм, расположенный на склоне вулкана, при извержении был основательно разрушен. Постепенно он восстанавливается, но сейчас выглядит не так, как прежде. Громадные ворота, к которым поднимаешься по крутым ступенькам, не имеют теперь ничего общего с воротами балийских храмов, отличавшимися тонкими линиями и красотой форм. Кроме того, серые фасады этих северных храмов по сравнению с приятными по цвету краснокирпичными храмами юга острова создают впечатление сооружений из бетона. Однако балийца это не волнует. Для него важно, что храм снова живет, что он даже больше и, по его мнению, красивее прежнего.
Недалеко от Кинтамани на одном из поворотов дороги начинается крутой подъем к Пенулнсану, стоящему высоко в горах, выше остальных храмов Бали, где наряду с многими древнебалийскими статуями находится скульптура царской четы — Удаяны и его жены Махендрадатты.
