Согласно более «приземленным» версиям мифа, он был сыном Аполлона и музы Каллиопы или сыном фракийского царя Эагра, внуком Харопса. «Сыном Бендиды» он стал позже, когда возвысился благодаря своему учению.
Этимология имени «Орфей» допускает разные толкования. Согласно предложенному А. Фолом, оно происходит от обрядового цвета ὄρφνῐνος, «орфнинос» (смешения красного, черного и белого, обозначающих соответственно «священный брак», «утробу-могилу» и «новое рождение в загробной жизни»)[210]. Другие авторы возводят имя к праиндоевропейскому корню *h₃órbhos со значением «сирота, слуга, раб».
На многочисленных материальных памятниках эпохи — в основном амфорах и других сосудах — Орфей предстает играющим перед слушателями, в которых по одежде и другим атрибутам можно опознать фракийцев. Но лишь современному зрителю кажется, что он просто музицирует, а публика ему внимает. Орфей проповедует свое учение (напомним, что фракийцы были бесписьменным народом, поэтому в их случае устная традиция имела особую важность), и таким образом все прочие персонажи сцен превращаются в тех, кого он пытается обратить или уже обратил. Еще один очень распространенный сюжет — гибель Орфея от рук бассарид. И, наконец, третий важный мотив — изображение головы певца, поэта и пророка, которая, как уже отмечалось, даже после смерти продолжала наставлять тех, кто был готов ее слушать.
Гибель Орфея. Гравюра Иоганна Вильгельма Баура. XVII в.
Итак, кем же был Орфей? Не романтичным поэтом и музыкантом, бесстрашно спустившимся в преисподнюю вслед за любимой женщиной, — все эти роли он получил позднее, — а пророком, магом, царем-жрецом и проповедником, главой культа, разделившим судьбу божества, которому поклонялся.
Теперь давайте разберемся, что это был за культ.
Фракийский орфизм — религия и философия, связанная с личностью мифического поэта, певца и пророка, названная в его честь и распространившаяся по всей Греции, а также за ее пределами, повлиявшая на множество умов сквозь века и тысячелетия. Чтобы лучше понять ее суть, придется вновь обратиться к фигуре Диониса — Вакха, Бахуса, Загрея, Сабазия и т. д. — который в массовой культуре и массовом сознании воспринимается, как правило, в ипостаси бога вина, виноделия и безудержного веселья вследствие обильных возлияний.
Действительно, в орфизме употребляется вино — как же без него, если это течение выросло из ритуалов в честь бога плодородия? Как отмечают разные авторы, в какой-то момент фракийцы открыли способ изготовления вина и испытали опьянение, которое сочли божественным, мистическим экстазом. Возможно, тогда и начали появляться в культе плодородия — весьма жестоком и кровавом, основанном на жертвоприношениях во имя очередного обновления живой природы, — оттенки высокого мистицизма, которым суждено было развиться в философскую доктрину.
Археологические свидетельства демонстрируют, что в VI–V веках до н. э. орфизм уже существовал. Например, найденный в Греции в 1962 году свиток — так называемый папирус из Дервени, старейшая из сохранившихся европейских рукописей, — содержит комментарий к орфическому стихотворению о происхождении богов, которое использовалось в мистериальном культе. Папирус датируется примерно 340 годом н. э., само стихотворение — V веком до н. э.
Центральный миф орфизма связан с гибелью
