Проходите, садитесь.
Б е л к и н. Я постою.
Н о в и к о в. В чем дело?
Б е л к и н. Я таксист, работаю в десятом автопарке, фамилия моя Белкин. Семен Григорьевич Белкин.
Н о в и к о в. Слушаю вас, Семен Григорьевич.
Б е л к и н
Н о в и к о в. А что в нем?
Б е л к и н. Верите, лучше бы головой в петлю, чем вот так, добровольно сюда к вам прийти. Добровольно!
Н о в и к о в. Откуда у вас эти деньги?
Б е л к и н. Не спрашивайте лучше…
Н о в и к о в. И все-таки спрашиваю: откуда у вас эти деньги?
Б е л к и н. Водички не дадите?
Н о в и к о в. Вы сказали, что это произошло утром, а сейчас почти уже вечер.
Б е л к и н. Каюсь. Как увидел я эти деньги, икать стал на нервной почве: их же на всю оставшуюся жизнь с лихвой хватит! Ну, а если тюрьма? Вот и метался с ними до вечера, пока, сам не помню уж как, у подъезда вашего отделения очутился…
Н о в и к о в. Что же, спасибо вам, Семен Григорьевич.
Б е л к и н. За что спасибо-то? Морду самому себе набить хочется!
Н о в и к о в. За честный гражданский поступок.
Б е л к и н. Официально? Я же добровольно к вам! Ну, раз надо, о чем разговор…
Н о в и к о в
Г о л о с. Слушаюсь, товарищ полковник!
Н о в и к о в
Г о л о с. Есть зайти!
Н о в и к о в. Товарищ сержант, проводите товарища Белкина к моему заместителю. И возьмите этот саквояж.
С е р ж а н т. Прошу, товарищ Белкин.
Б е л к и н. Прощайте, товарищ полковник.
Н о в и к о в. Мы еще с вами увидимся.
Г о л о с. Товарищ полковник! Лейтенант Журавлева. Разрешите к вам?
Н о в и к о в. Непременно, Елена Николаевна, жду.
Ж у р а в л е в а. Товарищ полковник, извините, я к вам не одна, со мной гостья. Познакомьтесь — Джульетта Аркадьевна Соловьева.
Н о в и к о в. Здравствуйте, Джульетта Аркадьевна.
Д ж у л ь е т т а. Добрый вечер.
Н о в и к о в. Учреждение как и все. Что вас смущает? Садитесь. Извините, что потревожили. У нас к вам есть несколько вопросов. Скажите, вы давно знакомы с гражданином Сорокиным Аркадием Павловичем?
Д ж у л ь е т т а. Аркадием Павловичем? Недавно.
Ж у р а в л е в а. А при каких обстоятельствах?
Д ж у л ь е т т а. Я принесла ему в контору письмо.
Ж у р а в л е в а. Какое письмо?
Д ж у л ь е т т а. От мамы.
Ж у р а в л е в а. Вы знаете, о чем оно?
Д ж у л ь е т т а. Нет, мама просила не вскрывать.
Ж у р а в л е в а. Вы передали письмо Сорокину, и что дальше?
Д ж у л ь е т т а. Я положила его в стол, и оно лежит там нераспечатанным.
Ж у р а в л е в а. Нераспечатанным? Откуда вам это известно?
Д ж у л ь е т т а. Сама видела. Наверно, он очень занят, а мне напоминать неудобно.
Ж у р а в л е в а. Нас интересуют обстоятельства вашего знакомства с Сорокиным.
Н о в и к о в. Дальше. Только, пожалуйста, правду.
Д ж у л ь е т т а. Он стал за мной ухаживать. Дарил мне цветы, встречал вечером у института — я учусь на вечернем педагогического, — провожал домой.
Ж у р а в л е в а. Он был у вас дома?
Д ж у л ь е т т а. Нет!
Ж у р а в л е в а. Вы живете одна?
Д ж у л ь е т т а. Сейчас одна. Моя мама завербовалась на работу на Север на три года.
Ж у р а в л е в а. А где ваш отец?