— Боже! И с этим придурком я делила ложе целых два года! — горестно вздохнула Леди Ли.
— Ну, придурок, не придурок, а МАРШАЛ и ГЕРОЙ ОТЕЧЕСТВА, однако! — усмехнулся я.
— И Маршал может быть придурком! Ты знаешь, среди Генералов и Маршалов намного больше придурков, чем среди простых солдат или офицеров. И всё из-за того, что пока получишь эти звания, свихнёшься, — криво улыбнулась Леди Ли.
— В чём-то ты права, — засмеялся я, а потом посуровел. — Увести её с глаз моих долой! Но прошу, запомните одно! Ни в коем случае её не пытать и без особой команды не расстреливать! Кто к ней прикоснётся, — тот труп! Чуть позже я, не торопясь, подумаю и приму окончательное решение по поводу судьбы этой дамы. Ну, в том случае, если ответ с её стороны на моё предложение будет отрицательным, то тогда придётся принять окончательное и бесповоротное решение… Вам понятно, о каком решении идёт речь!? Только гранатомёт или огнемёт!
— Так точно, Ваше Превосходительство!
— Клоун! — усмехнулась Леди Ли.
— Да, кстати, я вдруг вспомнил о том, что имеются ещё в океане ничейные и почти необитаемые острова с вонючими дикарями, страстно жаждущими белых женщин!
— Идиот! — истошно завопила Леди Ли. — Да сколько же можно надо мною издеваться?!
— Полковник, исполняйте мои указания! Увести!
— Да, господин Маршал!
— Кретин! Мерзавец! — заорала Леди Ли.
— Полковник! Выполняйте приказ! Немедленно! И что бы ни один волосок! Ни, ни!
— Так точно, Ваше Превосходительство!
Ах, мой милый и обожаемый воробышек, свет моих очей! Ничего, — я тебя доведу до нужной кондиции! Я укрощу тебя, строптивую и трудную любовь мою.
Да, врата Рая открываются подчас только для тех, кто побывал перед этим в Аду!
И собственная крыша над головой может стать потолком желаний.
Весна, как всегда, была великолепна! Земля, обласканная пока лёгким солнцем, с бешенной скоростью извергала из себя молодую и сочную зелень, как вулкан беспощадно и торжествующе извергает из себя кипящую лаву. Но такое извержение довольно быстро заканчивается. А вот трава продолжает жить и расти под неожиданным мартовским или даже апрельским снегом, овеваемыми невесть откуда взявшимися, слегка морозными, тревожными, но, в принципе, безобидными ветрами.
Синее-синее небо задумчиво несло в себе редкий пух белоснежных облаков. Воздух, напоённый всяческими ароматами, пьянил и кружил голову. О, весна! О торжество жизни и любви! О, эти странные, волнующие и непонятные предчувствия некой благодати, которая близка, но, увы, скорее всего, не осуществится. Но мы-то пока об этом не знаем и даже не подозреваем, но истово надеемся на неё и верим!
Я сидел в летнем кафе и, не торопясь, поглощал довольно неплохое живое пиво и созерцал такую же довольно неплохую грудь женщины, которая томно и ненавязчиво присутствовала рядом со мной.
Это была моя давняя, очень давняя любовница. Между нами существовали довольно сложные отношения. Весьма сложные… Тянулись они уже несколько тысяч лет. То я бросал её, то она бросала меня. Мы то сходились, то расходились. Периодически встречались, трахались обычными и самыми извращёнными способами. И это при всём том, что в разные периоды нашей жизни оба мы имели жён и мужей, или сожителей и сожительниц. Как всё странно и непонятно устроено на этом свете! Собственно, странностями и непонятностями наполнен и переполнен наш мир…
Женщина позвонила мне неожиданно и внезапно. Мы не виделись с нею уже почти год, что в нашем возрасте означает вечность. Да, что значит — весна! Мы встретились в кафе, обнялись, расцеловались, чуть было не всплакнули. Я протянул ей скромный букет весенних цветов. Она умилилась и всё-таки слегка прослезилась.
— Дорогой, ну как ты поживаешь?
— Да ничего, вроде бы неплохо… Вообще-то, по разному… — задумчиво ответил я. — А как ты, солнце моё, чувствуешь себя?
— Вышла замуж. Очередной раз…
— Поздравляю! — криво усмехнулся я. — И кто же этот счастливый избранник!? Любимец небес, можно сказать.
— Не юродствуй!
— Извини, солнце моё негасимое и пылающее вечно!
— Да, хватит же!
— Всё, всё, молчу! И так?
— Он бизнесмен, очень богатый человек. Любит меня безумно! И я его тоже люблю! — решительно и безапелляционно заявила подруга.
— Превосходно, поздравляю! Верю… — ухмыльнулся я.
— А к чему эта глупая ухмылка!? О, как давно, однако, я её не видела! — внезапно взорвалась женщина. — Время тебя совершенно не меняет и не исправляет! Идиот!
— Да к тому и потому эта ухмылка, что ты любишь только меня и никого более! Я — самый лучший из лучших! Самый потрясающий из потрясающих! Самый сексуальный из сексуальных!
— Мерзавец! Ненавижу! Ах, какой же ты мерзавец!
— Ты знаешь, я недавно слышал аналогичные слова из уст одной прелестной дамы, — я загрустил и посмотрел в небо. — И были они произнесены неоднократно, и вполне справедливо и совершенно обоснованно. Да, я таков, каков я есть…
— Что за дама? — насторожилась подруга.
