– Если бы не твой отъезд? Дядя?! Ты что, думаешь, что не вернешься?! – сообразила Хелен. – Пусть через год, два, но ты ведь вернешься, да? И тогда бы мне всё это рассказал.
– Не знаю, Хелен, лгать не буду, – вздохнул Аяр Рилминег. – Дорога длинная, опасная, всё может быть. Даже если не авайны, то... хм.
– То что? То есть кто? Думаешь, ваши же "дипломаты" от тебя избавятся? – почему-то вырвалось у Хелен.
– Мда, ты уже всё-таки подросла, – невесело хмыкнул дядя, опять похлопав ее по тонкой ладошке, также спрятанной в перчатке, глянул на девушку. – Почему так решила?
– Лернавай, то есть как безопасник, раньше высказывал претензии и в сторону семьи Рилминег, не только Бальмануг. А потом появился ты с менталом, незаявленном в родовых сборниках, вот я и подумала, – призналась Хелен. – Дядя, но... наша семья ведь не замешана ни в каких?...
– Нет! – возмутился Аяр. – Хелен, чтобы даже думать так не смела! Что написано на нашем родовом гербе?
– М-м? Что-то вроде "Своего не отдаем, чужого не берем"?
– "Что-то вроде", – передразнил ее дядя. – Хелен, как можно! Теперь я просто обязан вернуться и заняться твоим воспи... обучением! Кристен могла бы больше тебе рассказать об особенностях нашей семьи, хотя бы после смерти Джеса. Я удивлен, что она не объяснила тебе всё, ты ведь вполне умная и сознательная девушка...
Хелен не стала говорить, что она умная и сознательная попаданка, занявшая тело настоящей баронессы Бальмануг. Какой была бывшая Хелен, она не знала толком. Может, мать считала ее пока неготовой знать правду, такую шокирущую.
– Подожди! То есть ты думаешь, что тебе... нам может грозить опасность от безопасников? Это всё-таки они убили моих родителей и дядю с его сыном?! – сообразила девушка.
– Нет, Хелен, не они убили, – ответил Аяр поморщившись. – Если бы Джес на самом деле сильно провинился, его бы отправили на рудники. А Кристен... ее бы скорее взяли на службу, если бы о ней узнали. Но тогда тем более не стали бы убивать ее мужа перед этим. Ведь она его на самом деле любила...
– Если бы о ней узнали?! Дядя, моя матушка тоже была менталистом?! – ахнула Хелен, опять останавливаясь.
До этого они уже успели пройти до дальнего края сада и сейчас сворачивали на боковую дорожку. Мужчина вновь потянул девушку дальше.
– Слабеньким, да, но была. Именно поэтому отец ее отослал подальше от родного дома. Но именно поэтому мне страшно оставлять тебя в доме герцога. Я вижу, что ты не обучена, видимо, Кристен тебе так ничего и не рассказала, хотя ты как-то смогла выкинуть меня из своей головы. Боюсь, что рано или поздно герцог или твой жених догадаются о твоих способностях. Хорошо, что сейчас можно многое оправдать Зубом Дракона, но... Поэтому ты должна максимально сдерживаться! Помнишь те упражнения на контроль, которыми мы с тобой занимались в детстве? Они помогут и для скрытия ментала. Хелен, это очень важно! – Мужчина заглянул в глаза ведомой девушки. – Или хотя бы носи постоянно кольца и браслеты из набора, что я тебе подарил. Эти украшения вполне пригодны для повседневного ношения, ты видела, что там разные предметы. Те, которые с азуритом, сильнее и как раз выглядят проще, на каждый день.
– О, боги! Я еще и менталист?! По маме? – чуть не взвыла Хелен. – Но я ничего такого за собой не замечала! Может, ты ошибся, и дар матушки мне не передался?
– Не ошибся. Ты и сейчас не даешь заглянуть мне в твою память. А я был гораздо сильнее Кристен...
– Это всё Зуб! – тут же заявила Хелен. Мысль о том, что она тоже менталист, почему-то пугала. – Так вы умели считывать память? То есть матушка тоже?
– Нет, она могла уговорить других людей прислушаться к ее словам, – обтекаемо сказал мужчина, и до Хелен не сразу дошло, что он имел в виду прямое навязывание воли.
А когда сообразила, опять встала столбом.
– Да, как ты понимаешь, это очень опасный вид ментальной магии. Но она была очень слабенькой магиней и пользовалась даром крайне редко, в сущих мелочах. Например, могла заговорить человека так, что он скорее согласится с ее доводами, а не так уж прямолинейно пойдет исполнять ее приказ. И когда я узнал о твоих делах с гевайн, то вначале подумал, что тебе достался дар Кристен. Но когда пообщался с тобой больше, все эти твои слишком странные идеи, неожиданные для юной эйры предложения. Твое мышление, Хелен, скорее... мужское.
Аяр протяжно выдохнул, выпуская облачко пара в прохладу зимнего вечера, а Хелен, наоборот, затаила дыхание. Угадает ли дядя, почему молодая Бальмануг изменилась?
