Да, именно «Рюрик», «Адмирал Нахимов» и «Память Азова» во главе с новейшей «Славой» было принято решение использовать в роли молота и наковальни, чтобы раздавить японский отряд крейсеров у Чемульпо. Естественно, те же «Ослябя» или «Пересвет» с их десятидюймовками смотрелись бы в качестве забойщиков куда лучше, но оба «святых воина» вместе с «Громобоем» все еще пребывали в ледяной ловушке замерзшего порта Владивостока. И вообще, японцы слишком усердно отслеживали перемещение русских броненосных кораблей, так что пощипать противника там, где их появление было неминуемо — в районе Чемульпо и у Шанхая, выпало на долю тех немногих вымпелов, что удалось на время скрыть от лишних глаз в водах Желтого моря. Так океанские рейдеры «Россия» и «Рюрик», прошедшие серьезный ремонт, модернизацию и довооружение на мощностях филиала Невского завода в порте Дальний, еще в середине января убыли на длительные ходовые испытания, да так и пропали. Башенные же броненосные крейсера находились где-то в пути с Балтийского моря в Желтое, конвоируя пару транспортов с вооружением и припасами. Но после бункеровки в Индии их уже как пару месяцев никто не видел. А иначе и быть не могло, ведь в завесе их прикрытия шли четыре вспомогательных крейсера еще недавно бывших океанскими лайнерами и столько же крупных угольщиков, обеспечивавших топливом все корабли соединения. Особенно тяжело всей собравшейся в середине января вместе своре было прятаться в водах Желтого моря, где хватало небольших каботажников снующих между Кореей, Ляодунским полуостровом и Китаем. Но Бог был на стороне тех, кто потратил годы на подготовку, потому неприятный сюрприз для отряда контр-адмирала Уриу оказался близок к своему исполнению. Оставалось лишь дождаться, когда едва различимые на горизонте дымы, что уже можно было разглядеть с борта «Памяти Азова», превратятся в несущие погибель врагу крейсера. Опасение вызывало разве что неумолимо бегущее время и подступающая темнота. Заявись японцы часов на пять пораньше, и о ней не стоило бы даже беспокоиться, но сейчас для боя оставалось не более пары часов относительно светлого времени, а ведь только на преодоление остатка пути броненосному кулаку Российского Императорского Флота требовалось еще не менее часа.
Вообще, если бы «Памяти Азова» пришлось иметь дело лишь с парой преградивших ему путь крейсеров, то Руднев уже давно пересек ту черту, что отделяла территориальные воды от международных, и приказал бы открыть огонь на поражение. И японцам вряд ли помогло численное превосходство в противостоянии с крупным и достойно вооруженным броненосным крейсером. Он даже осмелился бы нарушить приказ, ведь победа, несомненно, оказалась бы в его руках, а судить победителей, к тому же имеющих высокопоставленных благодетелей, в России пока еще было не принято. Война войной, но и о себе не следовало забывать. Выигранное же сражение и срыв вражеской десантной операции могли добавить ему немало плюсов и изрядно облегчить путь к первому адмиральскому званию. Более военно-морской дипломат, нежели боевой командир, Всеволод Федорович прекрасно осознавал, что тот же возвращенный на службу и возглавляющий настоящую операцию Протопопов, ее успешным исполнением тоже намерен проторить себе дорогу к орлу контр-адмиральских погон. Но японских крейсеров было много больше, потому оставалось ждать, нервировать противника своим решительным боевым видом, разводить в авральном режиме пары в оставшихся котлах, да наблюдать за тем, как люди Иениша спасают жалкие остатки команды «Корейца». Немыслимой силы взрыв, подчистую слизавший с поверхности воды канонерскую лодку и вода, температура которой в этих местах в феврале не превышала трех градусов по Цельсию, оставляли мало шансов на спасение принявших бой моряков. Тем не менее, оба катера, подоспевших к сцепившимся в мертвой хватке кораблям уже спустя минуту после взрыва, до сих пор сновали близ накренившегося на левый борт корпуса весело полыхающей «Асамы», выуживая из воды живых и мертвых. И тем же самым занималась пара японских миноносцев, в то время как еще одна пара, отошедшая на мелководье, сражалась за собственную жизнь, борясь с пожарами и затоплениями.
