Но если для «сторожей» залива все закончилось с ретирадой противника, так как играть в догонялся помимо «Разбойника», никто не собирался, в силу посредственных скоростных характеристик, то для затаившихся на некотором удалении «охотников» все только началось. Благо выискивать в кромешной тьме низкобортные миноносные корабли не было нужды. Установленные на батареях береговой обороны 75-см прожектора добивали светом своих лучей на дистанцию 35 кабельтов, что они собственно и делали, выступая в роли наводчиков для быстроногих «Новиков».
Стоило начаться стрельбе в районе залива, как до поры до времени прятавшиеся мористее крейсера начали потихоньку подтягиваться на огонек. Потихоньку — чтобы не попасть под горячий привет от своих же и не выдать себя противнику раньше времени искрами, что непременно начинали валить из труб при активном наборе скорости.
Так «Новик» выскочил наперерез отступающим истребителям 1-го отряда и поспешил выказать японцам все свое почтение частым огнем скорострелок с расстояния в полмили. Пускать на таких скоростях и в условиях очень ограниченной видимости торпеды никто не решился, дабы не выкидывать весьма ценные боеприпасы на ветер, потому исход дела решила именно артиллерия. И как могло быть понятно, основной скрипкой в данном столкновении выступал именно крейсер. Сперва огонь на пересекающихся курсах, а после разворот не способствовали прицельной стрельбе в первые минуты встречи. Зато потом разогнавшийся аж до 24-х узлов «Новик» в течение часа не выпускал противника из-под огня, потопив два истребителя. После гибели флагмана, остальные порскнули во все стороны, и потому артиллеристам крейсера пришлось довольствоваться всего еще одной победой. Правда, увлекшись обстрелом удирающего «Оборо», экипаж крейсера едва сам не поплатился за потерю бдительности. Как удалось выяснить уже после войны, в ту ночь команды «Акацуки» и «Касуми», пожелав помочь избиваемому собрату, подкрались на 3 кабельтова и пустили по одной мине в борт прущего по прямой «Новика». Но, видимо, вышел промах или торпеды просто не сработали, поскольку на самом крейсере эти атаки даже не заметили.
Немногим хуже оказался результат «Боярина». С него смогли обнаружить лишь один истребитель, который и забили сосредоточенным огнем. При этом гнали явно поврежденного в предыдущей схватке и потому не способного оторваться японца аж два часа, ведя огонь из носовых орудий, пока тот, уйдя из-за полученных повреждений кормой под воду, не потерял ход. Вот только похвастать трофеем капитану 2-го ранга Балку, Сергею Захаровичу, было не суждено — все попытки взять истребитель на буксир ни к чему не привели и спустя еще четверть часа «Инадзума» скрылся под водой, уйдя на дно вместе с запершимся во внутренних отсеках экипажем.
Самые же жирные цели выпали на долю «Изумруда» и «Жемчуга». Разгоревшийся на палубе «Каймона» пожар стал отличным ориентиром не только для «Разбойника», но и всех прочих участников боя. Правда, первым к гибнущему коллеге подоспел «Ики», команде которого частично удалось повторить успех русских наемников, отдававших предпочтение минным крейсерам. Именно одна из самоходных мин, выпущенных с авизо и попавшая в кормовую часть русского бронепалубника, заставила того бросить преследование и озаботиться вопросом собственного выживания. Что, впрочем, не помешало обозленным артиллеристам «Разбойника» всадить в приблизившийся на 4 кабельтова «Цукубу» аж два десятка снарядов — все же тот размерами был заметно крупнее истребителя, и потому попасть по нему было куда проще. Естественно, с японского авизо тоже ответили из всех стволов и потому на борту «стража залива» помимо борьбы с затоплением машинного отделения были вынуждены озаботиться тушением возникшего на верхней палубе пожара.
Так бы оба горящих японца и сумели уйти, но на их беду «на огонек» подтянулись аж два новейших крейсера. Обладая вдвое меньшим весом бортового залпа, нежели нагнавшие их «Новики», уже побитые авизо продержались под сосредоточенным огнем всего полчаса. Первой жертвой стал «Каймон». Уже будучи объятым пламенем от кончика носа до кормы, он потерял управление, мгновенно отстав от продолжавшего гнать полным ходом напарника и вскоре получил торпеду в борт. Минные офицеры какого из крейсеров отличились — узнать так и не вышло, поскольку с борта обоих «камушков» при проходе мимо полыхающего японца выпустили по две самоходных мины с расстояния в 3 кабельтова. «Ики» же оказался добит артиллерией. Активно маневрируя, он смог продержаться еще час, пока полностью не истратил запас плавучести и не завалился на правый борт, который к моменту гибели авизо напоминал швейцарский сыр от обилия пробоин. Ну а с первыми лучами солнца все «охотники» принялись подползать к заливу, в надежде поскорее попасть в заботливые руки рабочих судоремонтного завода и зализать полученные в боях повреждения, передавая пальму первенства начавшим вытягиваться на большую воду крейсерам 1-го ранга.
