Сынбом от испуга подскочил на месте, запнулся об одеяло и упал на спину. А затем посмотрел на стоящую перед ним Гонсиль глазами, в которых не осталось ни капли сна. Она, глядя на его барахтанья, хихикнула.
– Вот же! Что стряслось?
– Разве сейчас время спать? – Гонсиль сделала торжественное лицо.
– Невежливо так врываться в чужую комнату.
Сынбом сбросил с себя одеяло, оперся на пол и встал. Когда он упал, то ударился, и теперь изо рта сам собой вырвался стон.
– За это извиняюсь. Но дело срочное. Госпожа Ко вдруг начала сборы, планирует куда-то уехать.
– Сегодня у лавки лечебных трав выходной, возможно, собирается к кому-то в гости.
– Какой же ты недогадливый! Чтобы украсть чей-то секрет, нужно хоть немного подумать. У госпожи Ко нет ни друзей, ни родственников, с которыми она могла бы поболтать. Понимаешь, в чем дело?
– Хотите сказать, она едет кого-то лечить?
– Наконец-то ты додумался. Думаю, нам следует выходить как можно скорее.
Сынбом, не находя себе места, поспешил надеть рубашку. Когда он собрался пойти в туалет, то пристально взглянул на Гонсиль, которая увязалась было следом. Кое-как умывшись и надев штаны и носки, он вышел в общую комнату. В гостиной проснувшаяся еще раньше Джонми занималась йогой, расстелив коврик на полу. Она вытянула левую руку вперед и, стоя на левой ноге, держала правую ногу правой рукой.
Гонсиль, которая пялилась на Джонми без всякого стыда, спросила:
– Что это за странная поза?
– А, вы уже проснулись? – спросила Джонми, завидев Сынбома, но при этом не меняя позы.
– Это вообще возможно? – Гонсиль, все так же удивляясь, попробовала повторить.
Но тело не собиралось слушаться ее, и она только покачнулась.
– Прекратите. Можете что-то повредить.
А, точно. Она же призрак, наверное, ничего повредить не сможет.
– Мм? – Джонми посмотрела на Сынбома. – Что это вы вдруг забеспокоились? Не волнуйтесь. Я уже несколько лет этим занимаюсь.
И она переменила позу.
– Ого, у этой девушки очень красивое тело. Когда я была молодой, тоже могла похвастаться таким. Если буду делать эти позы, мое тело тоже будет таким, как у нее?
Нужно было скорее отправляться к госпоже Ко, но йога полностью завладела вниманием Гонсиль. Хлоп-хлоп. Сынбом похлопал, чтобы Гонсиль сосредоточилась на нем. Та махнула рукой, показывая, что все поняла.
Джонми повернула голову:
– Что такое?
– Ну, вы так здорово это делаете.
– Говорю же, я в этом хороша.
Джонми задрала нос.
Гонсиль, разглядывая ее следующую позу, спросила Сынбома, который уже надевал обувь у дверей:
– Я спрашиваю просто из любопытства. Доктор восточной медицины, ты живешь с медсестрой Ли, потому что вы встречаетесь?
– А вот и нет!
– Что вы сказали? – Джонми пристально взглянула на Сынбома.
– Мм, ничего. Просто сам с собой разговариваю. Сам с собой!
Кое-как отвертевшись, он бегом вышел из дома. Гонсиль шла впереди и хихикала. Сама поставила человека в неловкое положение, а теперь довольна!
Рассветные улицы заполняли магазинчики, работающие даже в воскресенье. А вот дверь в лавку лечебных трав Суджон уже была плотно закрыта. Слишком поздно? Сынбом торопливо огляделся вокруг.
– О, вон она идет, – куда-то указала Гонсиль.
А затем толкнула Сынбома в спину:
– Беги скорее.
– А вы не пойдете?
– Мне-то зачем? Я и так дала тебе всю информацию. Красть тайны лечения – твоя задача, доктор восточной медицины.
– Да-да.
Он был недоволен, что Гонсиль решила в это не вмешиваться, но она была права. Сынбом побежал, прежде чем крошечная фигурка Суджон исчезла.
Суджон отправилась к автобусному терминалу. Дребезжа, подъехал старый автобус. Он остановился, двери открылись, и наружу вышли несколько пассажиров. Суджон села в автобус, подняв с земли тяжелый узелок, который она взяла с собой. Сынбом поколебался, затем натянул пиджак, закрыл лицо и тоже вошел в автобус.
Суджон, которая положила узелок под сиденье и собиралась было сесть, повернула голову и увидела проходящего мимо мужчину в костюме. В этом городе был только один человек, который мог носить такую одежду. Она нахмурилась. Как он вообще узнал и зачем последовал за ней? Пару раз кашлянув, она села. Реагировать на каждое действие Сынбома не было никакого желания, поэтому она решила просто его игнорировать.
Автобус долго ехал по проселочной дороге. Вокруг раскинулись уже полностью засаженные рисовые поля. Когда они миновали аллею, автобус залило утреннее солнце. Оно слепило глаза, и Сынбом прищурился. Старый автобус хорошенько потряхивало. Он откинулся на спинку сиденья. А ведь если подумать, ему еще ни разу не удалось как следует осмотреть Ухву с момента приезда.
Сынбом выглянул в окно. Пейзаж там не менялся. Поля для риса и других растений, такие же дома, как те, которые он уже видел раньше. Люди и собаки, мелькающие время от времени. Пока Сынбом смотрел на это, его веки становились все тяжелее. Он закрывал и открывал глаза, и картинка перед ними расплывалась. Хотя Сынбом и напрягался изо всех сил, спина Суджон сначала раздвоилась, а затем и вовсе исчезла. Он, больше не в силах сопротивляться, закрыл глаза.
