Суджон, ворча, подняла свой узелок, который был намного тяжелее ее самой. Выйдя из покрытых густым лесом гор, они оказались на широком открытом поле, где стоял один-единственный старый дом. Забора не было, и двор зарос бурьяном, как будто рука человека давно его не касалась. С одной стороны стоял полуразрушенный сарай, а рядом были печь и ржавый казан. Под выцветшей шиферной крышей виднелись потрескавшиеся земляные стены, которые напоминали паутину и, казалось, были готовы вот-вот развалиться.
Кхе-кхе. Из дома послышался кашель. Суджон привычным движением открыла дверь, которая вместо оконной бумаги была обклеена газетой.
– Ты здесь?
– Ох, кто тут у нас? И как вы добрались сюда по горам? Заходите, заходите!
Старая женщина, которая лежала внутри, приподнялась и тепло поприветствовала гостей. Убирая толстое хлопчатобумажное одеяло, она продолжала кашлять. Старушка, у которой было маленькое тело и сильно изогнутая спина, кое-как завязала свои седые волосы и скрепила их тусклой серебряной заколкой. Зайдя внутрь, Сынбом ощутил особый запах старого дома.
Когда он собирался сесть, Суджон окликнула его:
– Я не умею проверять пульс, поэтому сделай-ка это ты.
– Что?
– Ты сюда развлекаться пришел?
– Ну, не то чтобы.
– Что такое? – спросила старушка почти беззубым ртом, посмотрев на Суджон.
Та рассмеялась.
– М-м, около нашей лавки лечебных трав открылась новая клиника восточной медицины, и этот господин – врач. Из любопытства он пришел сюда вместе со мной. Удачно же! Заодно и пульс проверит.
– Ох, даже не знаю, как благодарить.
Он пришел сюда не для того, чтобы развлекаться, но и не для того, чтобы мерить чей-то пульс. С этими мыслями Сынбом встал на колени и взял запястье старушки. Оно было очень тонким, словно от него остались только кости. Он осторожно проверил слабо бьющийся пульс и посмотрел в затуманенные глаза старушки.
– Высуньте язык.
Язык бабушки, который она высунула, как послушная ученица, оказался желтоватого оттенка.
– У вас жар. Голова тоже болит?
Сынбом коснулся ее шеи и плеча. Мышцы были твердыми, как камень.
– То холодно, то жарко.
– Вы чувствуете духоту внутри? А тошноту? На солнечное сплетение словно что-то давит, а сопли и мокрота идут в заднюю часть горла?
Старушка кивнула.
– Это простуда, которая поражает солнечное сплетение. Вы уже стары, и ваш организм слаб, поэтому нужно проявлять особую осторожность. Вы хорошо питаетесь?
– У меня нет аппетита…
Кожа да кости, почти никакой плоти. Судя по всему, аппетита у нее не было уже ни день и ни два.
Как будто отвечая Сынбому, Суджон, стоявшая скрестив руки на груди, сказала старушке:
– Я же говорила есть как следует.
– Это так хлопотно.
– Я все время тебя предупреждала, что от этого может появиться болезнь, которой раньше никогда не было. Вот, пожалуйста, а ведь всего неделя прошла.
При этих словах брови Сынбома поднялись вверх. Так она и неделю назад здесь бывала?
Кхм. Он кашлянул и снова коснулся запястья старушки.
– Вот это место, чуть ниже запястья, – внешняя акупунктурная точка, а вот эта часть – внутренняя. Сейчас у меня нет игл, поэтому я сделаю вам точечный массаж. Его будет достаточно, чтобы вы почувствовали себя лучше. А еще вам нужно принять лекарство…
Он перевел взгляд на Суджон, она молча наблюдала, а затем развязала узелок, который принесла с собой. Сынбому как раз было любопытно, что там внутри. В развернутом узелке оказалась коробка с лекарственными травами и снадобьями, контейнер с едой и несколько черных пакетиков. Он глубоко вздохнул: «Она проделала весь путь сюда, неся на себе такую тяжесть?»
А за другую руку в это время цеплялся он сам. Сколько у нее вообще сил? Сынбом открыл рот. Вполне возможно, госпожа Ко даже сильнее его самого. Суджон протянула ему лекарство.
Хлопая глазами, он спросил:
– Что это?
– Ты же сказал, что нужно лекарство.
– Я?
– Разве нет?
– Ну, не совсем.
Он, конечно, думал об этом, но не знал, что ему тут же все дадут. Ворча, Сынбом поднялся.
– В комнате холодно. Разожги-ка огонь в камине на кухне и разогрей тот, что на улице.
– Но как я зажгу огонь? – недовольно ответил Сынбом.
– Да как так можно? Нельзя же заставлять дорогого гостя заниматься чем-то подобным, – попыталась встать старушка.
Стоило ей подняться с пола, как все тело задрожало.
– Что в нем дорогого? Не вставай. Как в таком состоянии что-то делать? – Суджон схватила старушку за плечо, останавливая ее.
– Мне несложно. Сделаю я, сделаю. – Сынбом тоже торопливо замахал руками. – Раз уж мы здесь, все для вас сделаем. Отдыхайте.
Суджон вышла. Сначала зашла на кухню, а затем сделала круг вокруг дома. Обуваясь, Сынбом взглянул на темную гору. Хватит ли у него смелости пойти туда в одиночку? Пока он мгновение задумчиво стоял, услышал звук шагов по траве. Это Суджон вышла со стороны дома и позвала его:
– Там есть немного дров, но их не хватит. Нужно собрать еще сколько-то, прежде чем разжечь огонь. Тут везде деревья, так что в этом не будет ничего сложного, верно?
– А вот и будет!
