Как раз в этот момент двери лифта открылись, и он нажал кнопку верхнего этажа. Двери медленно закрылись. В сверкающих золотом стенах лифта отразилось лицо Сынбома. Он вспомнил, как несколько месяцев назад так же поднимался на верхний этаж. Тогда он выглядел элегантно, но теперь его лицо казалось изможденным и усталым. Хотя почему-то на душе было спокойнее. Маленькое тельце ребенка вздрогнуло у него на руках.
Все произошло в одно мгновение. Сынбом посмотрел на открытую дверь в кабинет главного врача больницы. Секретарь поприветствовал его и пригласил войти. Стоило оказаться в роскошном интерьере с ковровым покрытием, и Сынбом больше не слышал стука обуви, который бил ему по ушам. Ким Джинтхэ, сидя в кресле, поднес чашку чая к губам.
– Ты не додумался связаться со мной заранее, прежде чем врываться с таким шумом?
Жу-у-урк. Горячий чай исчез у него во рту.
– Это правда очень срочно.
– Что же такого срочного?
– Девочка семи лет. На основании выявленных симптомов подозреваю медуллобластому.
– А обследование не провел?
– У нас нет нужного оборудования.
Ким Джинтхэ кивнул. А затем поднял палец.
– Будь я на твоем месте, тоже бы примчался ко мне. Но это не значит, что я стану тебе помогать. Ты хоть знаешь, сколько пациентов сейчас меня ждет? Я не настолько свободен и добросердечен, чтобы заботиться еще и о тебе, ведь ты доставил мне столько неприятностей, что пришлось тебя уволить.
Он снова отхлебнул чай. Чмок-чмок. Звук, с которым он облизнул губы, раздражал. Сынбом ненадолго опустил Сору на диван. Маленькие глаза Ким Джинтхэ проследили за Сынбомом. Тот опустился перед главным врачом на колени.
– Я видел новость, которую вы опубликовали. Мне искренне жаль, что я доставил вам массу неприятностей. Я глубоко раскаиваюсь. Приношу мои извинения за то, что я, будучи никем, развязал конфликт с вами, уважаемым главврачом. Я больше никогда не буду пытаться заполучить власть. Прошу, перестаньте злиться.
Сынбом согнулся в низком поклоне. Ким Джинтхэ поставил чашку на столик и облокотился на кресло. Он закинул ногу на ногу и посмотрел на растянувшегося перед ним молодого человека. Ему хотелось снять происходящее на видео, но он сдержался, потому что это было ниже его достоинства. Он взглянул на лежащего на диване ребенка. По дороге сюда Сынбома видели многие глаза и слышали многие уши. Он поднял настоящий шум. Это тоже часть его плана? Какой смышленый парень. Если Ким Джинтхэ не исполнит его просьбу, Сынбом сможет использовать девочку, чтобы взять его в тиски. Кхм. Главный врач выпрямил ноги и откашлялся.
– Я приму твои извинения. Не могу же я просто сидеть и смотреть, как умирает ребенок. Я лично ее вылечу, так что не волнуйся.
Когда Сынбом услышал эти великодушные слова, его лицо просияло. Ким Джинтхэ впервые увидел на лице Сынбома это выражение, и ему стало любопытно.
– Могу ли я спросить, что тебя связывает с этим ребенком?
– Что связывает? А, ну… Это моя первая пациентка.
Ха-ха. Раздался смех. Сынбом совершенно не понимал, что происходит.
– Что же с тобой приключилось? Ты сильно изменился.
– Что?
Сынбом, выйдя из кабинета главного врача, все еще не понимал, что значили его последние слова. Он ведь такой же, как обычно, разве он изменился? Это из-за того, что пришлось отбросить гордость и упасть на колени? Изначально Сынбом не собирался заходить так далеко. Он планировал искренне извиниться за свою ошибку и попросить вылечить девочку, даже если бы пришлось обратиться к человечности главврача или предложить ему взятку. Он думал, что этого будет достаточно, но в тот момент, когда взял в руки маленькое тело Соры и оказался лицом к лицу с главврачом, понял, чего желает больше всего. Вылечить заболевшую Сору. По сравнению с этим встать на колени было сущей ерундой. Тут Сынбом наконец признал, что он, пусть и немного, изменился.
Когда он вышел из лифта на первом этаже, услышал громкий звук сирен. Клиника «Чеиль» начинала как клиника восточной медицины, но со временем вобрала в себя специалистов и западных, и восточных направлений. Через задние ворота к корпусу больницы западной медицины с шумом подъехала машина скорой помощи. Когда парамедики и пациенты вышли из машины, из центра неотложной помощи вышли врачи и медсестры.
В это время мимо Сынбома тоже пробежал врач:
– Отойдите! С дороги!
Когда он задел Сынбома по плечу, тот подскочил на месте. А затем обернулся, потирая покалывающее от холода плечо.
– Хух, это из-за того, что мы в больнице? Даже доктор – призрак! – Ворча себе под нос, он пошел к вестибюлю.
Только завидев его, тут же к нему подбежал отец Соры:
– Доктор, что с Сорой? Как все получилось?
Сынбом отвел его к стойке регистрации:
– К счастью, главный врач пообещал лично о ней позаботиться. Так что заполните бумаги для госпитализации вот здесь.
Когда он сказал это, то увидел, что лицо матери Соры, призрака, который все это время следовал за ними, тоже прояснилось.
Отец девочки плакал:
