– Я помогу разрешить вашу досаду. Так что просто доверьтесь мне, точнее, доверьтесь этому доктору-призраку и лежите спокойно.
После слов Сынбома Чо Гыну снова кивнул.
– Да, просто доверьтесь мне. Что ж, вскрываю ваш живот.
Гонсиль снова подняла голову. Она была недовольной, словно не понимала, зачем вскрывать и без того распоротый живот, но Чо Гыну силой заставил ее лечь обратно. Он вскрыл ее живот, зафиксировал края и начал зашивать разрывы.
– О, получается! Доктор восточной медицины! Второй эксперимент удался! – закричал Чо Гыну, который сомневался, что что-то получится.
Сынбом, увидев его таким, широко улыбнулся.
«Так и знал, что я гений!»
– Тетушка, что бы вы хотели съесть? Чаджанмён? Ребрышки? Просто скажите. Я куплю вам что угодно.
– Эй, откуда у тебя деньги, чтобы все купить?
– Мм, не волнуйтесь, я схватил удачу за хвост.
Сынбом с огромной любовью посмотрел на Чо Гыну, который был всецело поглощен операцией. Ему чаще встречались призраки с поврежденными конечностями, чем с целыми. Этот талант поможет им! В голове уже развернулся бизнес-план.
Сынбом был счастлив при мысли о том, сколько пациентов-людей призраки приведут за собой. Смех вырвался наружу, как будто через его губы подул ветер. А Гонсиль, из живота которой больше не будет вываливаться все съеденное, впервые за долгое время ощутит сытость.
– Пациент-призрак Гонсиль, вам больно? – спросил Чо Гыну, зашивая разорванный живот.
– Я же призрак!
Доктор говорил мягко, но Гонсиль, которая ни с того ни с сего почувствовала тревогу, подняла голову и надула губы. Сынбом внезапно позвал ее и сказал, что приведет какого-то врача-призрака, который зашьет ей живот. Обещал, что даст ей всю еду, которую она захочет.
«Он ведь не решит, что этим избавил меня от досады и теперь наша договоренность больше не в силе, верно?»
После того как Сынбом помог матери Соры избавиться от досады, слухи о нем быстро разошлись среди призраков. Он справился с тем, с чем не смогла справиться даже Суджон, и, как и предполагали Гонсиль и Сынбом, в клинике восточной медицины тоже стали выстраиваться в очередь пациенты-призраки, ожидая лечения. Гонсиль надеялась, что Сынбом поможет ей избавиться от досады до того, как станет слишком занят.
Шли дни, и болезнь Суджон прогрессировала. Глядя на нее, Гонсиль понимала, что ждать больше нельзя. Вместо того чтобы рассчитывать на Суджон, она надеялась, что Сынбом заберет урну у старейшины Чана как можно скорее.
Он же, не подозревая, что чувствует Гонсиль, погрузился в сладкие мечты о том, как сорвет джекпот.
Тайфун прошел. Цикады, которые прятались от сильных ветра и дождя, начали петь. Их пение с раннего утра и до самой ночи было поистине безжалостно.
Хлоп.
Джонми закрыла окно, как только закончила уборку. Вместо пыли, которую унес ветер, в зал ожидания ворвалась духота летнего дня. Как только окно с двойным стеклом захлопнулось, звуки цикад тоже отдалились. Джонми включила кондиционер.
– Сегодня тоже пойдете к соседям? – спросила она, степлером скрепляя газеты в центре, чтобы они не рассыпались.
Сынбом, который сидел, развалившись на стуле в процедурной, поднял голову. А затем вздохнул.
Услышав это, Джонми, которая продолжала складывать газеты, перевела на него взгляд:
– Что это за вздох?
После поездки в Сеул лицо Сынбома сияло, как только-только распустившийся цветок, но в последние несколько дней он снова стал выглядеть обессиленным. Джонми задавалась вопросом, не была ли задета гордость Сынбома из-за того, что он не смог сам вылечить ребенка, но казалось, дело было не в этом. Сора, которая сейчас лежала в больнице, понемногу начала говорить и даже раз в день звонила Сынбому, чтобы рассказать о всяких мелочах вроде того, хорошо ли она поела и не болит ли у нее что-то. В те минуты он был таким радостным, словно с его плеч упало все бремя мира, но потом снова сидел с кислым видом.
– Вы пошли туда узнать, есть ли местечко, и вас выгнали?
– Она прекрасно отделяет личное от рабочего.
– Все-таки спросили.
– Хм-м.
Сынбом скрестил руки на груди. Джонми отложила газеты в сторонку, села за стол регистрации и положила подбородок на руки.
– Да что с вами?
Смотревший в потолок Сынбом снова вздохнул:
– Почему с женщинами так всегда?
– А что? Госпожа Ко из лавки лечебных трав что-то сказала? Или та тетушка-призрак? – как ни в чем не бывало спросила Джонми.
Сынбом, который соскользнул со стула из-за ее вопроса, снова сел ровно и посмотрел на нее изумленными глазами. Иногда Джонми вела себя так, будто только что вылезла из его головы, и он каждый раз этому удивлялся.
– Откуда вы так хорошо все знаете? Я что, сказал вслух то, что думал про себя?
– Разве в вашем окружении есть еще женщины, кроме них? Так в чем дело? Вы опять что-то натворили?
– Я не знаю, в этом вся проблема. Госпожа Ко попросила меня помочь с лечением, и я это сделал. Да и когда мы ездили в Сеул, все было не так уж и плохо.
– Но после того как вы съездили в больницу, она общается с вами холодно? – Джонми продолжила фразу Сынбома, скрестив руки на груди.
