Сынбом взял себя в руки и быстро пошел вперед, обогнав Суджон. Та посмотрела на него и тоже пошла быстрее. Когда она прошла мимо него, Сынбом, который никак не мог проиграть, чуть ли не побежал вперед. Тонкое плечо Суджон, уж точно не собиравшейся проигрывать, кололо его руку. Они быстро шли по узкой крутой дороге вниз по склону. Подул ветер, и весь путь засыпали опавшие листья, так что нельзя было даже определить, где он кончается.
Сколько времени они так шли? Для старухи Суджон двигалась очень бодро. Пытаясь угнаться за ее скоростью, Сынбом чувствовал, что его бедра вот-вот лопнут от перенапряжения.
– У меня вдруг появился вопрос! – заговорил Сынбом, пытаясь хоть как-то заставить Суджон снизить темп.
Ответа не последовало, но Сынбом продолжил говорить:
– Почему в эти дни вы так злитесь на меня? Ну, так было всегда, но я думал, что получил от вас хоть немного признания после случившегося с Сорой и тетушкой Гонсиль. А, или дело в том, что я переманил к себе ваших пациентов-призраков?
Благодаря этим несвязным словам Сынбому стало немного легче. Он полностью сосредоточил внимание на своих ногах, но вдруг врезался в остановившуюся Суджон. Удивившись, Сынбом взглянул на нее.
– Ты всегда делаешь, что тебе вздумается. Справился с работой несколько раз и уже преисполнился уверенности. Как я могу признать тебя, если ты говоришь только о деньгах?
– Но почему вы ведете себя так только сейчас? Вы же с самого начала знали, что я люблю лишь деньги. Однако именно в последнее время вы все чаще стараетесь уколоть меня ими. Разве в мире есть кто-то, кому не нравятся деньги? Нет ничего странного в желании немного подзаработать ради хорошей жизни. Госпожа Ко, разве вы сами не беспокоитесь о заработке? Тогда почему требуете с каждого пациента-призрака привести по десять человек? Разве все это не ради денег? Почему вы так говорите, словно я один странный?
– Ты ради денег идешь даже на всякие безумства. Зарабатывать надо достойно, а ты, говорят, даже взятку дать не стесняешься? Ты ведь и старейшине Чану заплатил, верно? Разве можно считать взятки чем-то обыденным?
– Что? Где вы такое услышали? Статью прочитали? Или узнали, когда мы привезли Сору в больницу?
– Нужно иметь совесть.
При этих словах лицо Сынбома на мгновение застыло.
– Госпожа Ко, а вы никогда не делали ничего подобного?
– …
– Как вы меня ненавидите. Ладно бы это длилось день или два, но любой может принять меня за вашего врага.
Когда Сынбом ответил ей вопросом, Суджон не нашлась, что сказать. Хоть она и говорила ранящие слова, но вопрос Сынбома вдруг заставил ее почувствовать стыд и неловкость, как будто подняв на поверхность все ее грехи. Разве только Сынбом без ума от денег? Суджон, не в силах ничего ответить, развернулась и ушла. Он был очень похож на нее саму в молодости. Даже своей глупостью, не позволяющей заглянуть хотя бы на шаг вперед.
Откуда-то вместо шуршания листьев на ветру послышался шум текущей воды. Обогнув гору, они увидели глубокое ущелье за густыми деревьями. Их вниманию открылся струящийся поток нефритового цвета. Глядя на воду, Сынбом ощутил жажду. Если бы не Суджон, он бы тут же достал из рюкзака бутылку воды и выпил, но они до сих пор вели сражение за гордость.
– Эй!
С другой стороны холма возник господин Пак. Заметив Сынбома и Суджон, он помахал им рукой. Лицо господина Пака было довольным. Боль, пульсировавшая в груди Сынбома, исчезла, там зажглась искорка надежды.
– Тогда я пойду первым.
Сынбом побежал. Что хорошего в молодости? Конечно, физическая форма! Увидев лицо господина Пака, Сынбом ощутил прилив энергии. Осталось не так уж много. Надо только добраться туда!
«Я первый!»
Сынбом, оставив утомленную Суджон позади, побежал, наступил на упавший лист и поскользнулся.
Тут же небо перевернулось, а земля оказалась над головой. Напуганное лицо Суджон сделало круг и исчезло. В серое небо взлетела птица.
А следом темнота.
Стук, стук, стук. Как будто металл бился обо что-то. Это звенит у него в голове? Резкий и тяжелый звук, который он услышал, пробудил запертый на дне разум. Чем сильнее он звучал, тем острее Сынбом ощущал пульсирующую боль с головы до пят.
Ха-ха-ха. Кто-то засмеялся. Это Суджон смотрит на него и смеется, как будто так и знала, что это произойдет? Но для нее голос был слишком сильным. И их было несколько. Господин Пак и Ю Сиён смеются вместе с ней? Даже ему самому нынешнее положение казалось дурацким, может, просто и дальше притворяться, что он без сознания?
От стыда он даже не мог стонать, хотя ему было больно.
– Голова такая тяжелая, что ее будет трудно тащить в одиночку. Ты правда хочешь отвезти ее на родину?
Японский? Правда? Здесь слышится японская речь?
Сынбом подумал, что металлический звук в его ушах, возможно, раздается где-то внутри его головы. Он так сильно ударился о землю, когда упал? Стук, стук, стук. А ведь и правда, затылок пульсировал в такт этому звуку.
