— У меня всё нормально, — прокричал он в ответ. — Оставайся на месте, Натали. Продолжай наблюдать. И потом — меня зовут Леопольд».
— Хорошо, Леопольд.
Хейдьюк снова звякнул ключами, глядя на тёмную махину трактора рядом с ним.
— Не уверен, что смогу его завести.
— Я тебе помогу. Я не так чтоб уж очень сильно торопился, — ответил этот, в маске.
Где-то в лесу лошадь заржала, забила копытом, зашаркала. Мужчина послушал, обернулся в ту сторону. — Спокойно, Рози. Я приду через пару минут. — Затем, обращаясь к Хейдьюку: — Давай.
Они взобрались на водительское сиденье большого трактора. Взяв у Хейдьюка ключи, незнакомец выбрал один из них и отпер лючок за педалями тормозов на полу кабины оператора; показав Хейдьюку рубильник, он включил его. В отличие от старого Катерпиллера в Хайт Марине, этот трактор заводился исключительно от блока аккумуляторов.
— Ну, ладно, — сказал одноглазый, — теперь нажми вон ту маленькую кнопку за рычагом скорости.
Хейдьюк нажал…
Хейдьюк был в восторге. Он потянул на себя рычаг газа, и двигатель плавно увеличил обороты, готовый к работе. (Однако начал очень быстро нагреваться).
— Сейчас я сотворю что-нибудь с этой машиной, — радостно объявил он незнакомцу.
— Да уж конечно.
— Я хочу сказать, растолкаю тут всё в разные стороны.
— Тогда тебе лучше поторопиться. Она не проработает и нескольких минут. — Незнакомец бросил взгляд на инструментальную панель: давление масла — нуль, температура двигателя повышается. Уже начал раздаваться странный нездоровый звук, вроде завываний больной собаки.
Хейдьюк отпустил стопорный рычаг и включил скорость. Трактор тяжко рванулся вперёд на опущенный нож бульдозера, сразу сдвинув тонну грязи и два пня жёлтой сосны в сторону конторы компании Джорджия-Пасифик.
— Не туда, — закричал незнакомец, — там человек внутри.
— Верно. — Хейдьюк остановил машину, навалив всю кучу на прогнувшуюся стену домика конторы. Он сдвинул реверс и наехал на пикап Джорджии-Пасифик; тот лопнул, как жестяная банка. Хейдьюк смял обломки бульдозером, раскатал их, смешав с землёй.
Следующий? Хейдьюк оглянулся вокруг, высматривая в свете звёзд очередную цель.
— Посмотри, что ты сможешь сделать вон с тем трелёвщиком Кларка, — предложил мужчина в маске.
— Проверим. — Подняв нож бульдозера, Хейдьюк развернул его и на полной скорости — пять миль в час — врезался в трелёвщик. Тот развалился; раздался громкий хруст стальной плоти и железных костей. Он развернул трактор на 200 градусов и нацелился в цистерну, полную дизельного топлива.
Кто-то пронзительно кричал, обращаясь к нему. Или что-то?
Полный вперёд. Трактор рванулся вперёд на один оборот зубчатого колеса и остановился. Блок двигателя дал трещину; фонтан пара ударил вверх, нетерпеливо свистя. Двигатель боролся за жизнь. В коллекторе что-то взорвалось, и из выхлопной трубы вырвалась струя голубого пламени, запустив к звёздам сноп горячих искр. Двенадцать поршней, тесно связанных в своих камерах, превратились в одно спаянное целое с цилиндрами и блоком, одну добела раскалённую неподвижную энтропическую молекулярную массу. Всё есть Одно. Крик всё ещё раздавался. Пятидесятитонный трактор, кричащий в ночи.
— Мы его прикончили, — сказал человек в маске. — Больше мы тут ничего сделать не можем. Он выбрался из кабины назад под восьмитонными рипперами. — Пошли, — закричал он. — Кто-то идёт. — И растаял в темноте.
Хейдьюк взял себя в руки, выбрался из трактора. Он всё ещё слышал чей-то крик. Бонни.
Она дёргала его за рукав, указывая в сторону леса. — Ты что, не видишь? — кричала она. — Огни, огни! Да что с тобой?
Хейдьюк посмотрел туда и схватил её за руку. — Сюда!
Они побежали по вырубке между пней, под укрытие лесного шатра, и тут на вырубку, грохоча, выехал грузовик. Фары включены, фара-искатель осветила всё вокруг и
Но не совсем. Они уже были в лесу, среди дружественных деревьев. Нащупывая в темноте дорогу туда, где Хейдьюк надеялся увидеть свой джип, они вдруг услышали гром копыт. Кто-то во весь опор мчался галопом мимо них верхом на лошади. Из грузовика, остановившегося у свистящего бульдозера, высадилось несколько человек — один, два, три — невозможно сосчитать в темноте. Хейдьюк и Абцуг смотрели, как они освещали фарой вырубку, деревья в поисках лошади.
Опять слишком поздно: всадник мелькнул — и исчез в лесу, промчался по дороге к границе ночи. Грохнул выстрел — раз, другой, — в бессильном протесте, и всё стихло. Топот копыт замер вдали. Люди из грузовика поспешили на помощь кому-то, кто колотил изнутри в стены конторы. Тяжеленько им придётся вытаскивать его из-под той груды земли, что Хейдьюк навалил на искорёженную дверь.
Бонни и Джордж влезли в свой джип.
— Ради Бога, кто это был? — потребовала Бонни.
— Сторож, я думаю.
— Да нет, я говорю, этот всадник?
— Не знаю.
— Но ты же был с ним.
— Я ничего о нём не знаю. Закрывай дверь и давай уносить ноги отсюда. — Хейдьюк включил двигатель.
— Нас услышат, — сказала она.
