Здесь не нужен глубокий анализ. Достаточно включить телевизор, где только в «Спокушках» не сообщают о бандитских разборках! Или полистать газеты. Про новое радио я просто молчу.
Новое время – это попса и кровь: веселись не хочу. Имена бандитов мы уже лучше знаем, чем героев нашего прошлого или классиков литературы. Многих, правда, «слава» догоняет уже посмертно!
Нужны мне, простому обывателю, такие игры? Да не в жисть!
Поэтому, когда это юное нежное создание рассказало мне все, как есть (а в том, что она говорит правду, я не сомневался ни на секунду – такое не придумывают), мое первое желание было четким и простым – закрыть этот эпизод своей жизни, как несостоявшийся в самой начальной фазе.
Поэтому и ничего не стал говорить. Просто встал. Даже сделал шаг к выходу. Ничего не объясняя. А кому и зачем я должен что-то объяснять?
Да, я сделал шаг к выходу.
Как крутые киношные герои мне надо было просто уйти, не оглядываясь!
Но я не был героем блокбастера! Девочка мне действительно нравилась. Я посмотрел на неё.
Наверное, это была моя ошибка.
Она сидела совершенно бледная, внутренне сжавшаяся в комочек. Глаза у неё были, как у бездомного котёнка, который немного посидел на руках у нашедшего его человека, а сейчас вдруг понял, что его снова выкинут на холодную и недобрую мостовую!
Саша не была такой потерянной на кладбище, когда закапывали её подругу-жертву.
Я понял, что мне её жалко… Жалко этого монстра, для которого заказать приятельницу детства – просто эпизод обыденности. Жалко существо, которое живет совсем в ином человеческом измерении, в котором понятия добра и зла если и существует, то совсем в других координатах и воплощениях. Всё так! Но сейчас я был для неё, может быть, последней зацепкой в нормальном мире, из которого она не хотела бесповоротно уходить.
Конечно, я ей ничего не должен. Никому не собирался ничего объяснять. Никому, кроме самого себя.
Да, она чудовище. Живет по чудовищным правилам.
А мы что? Ангелы во плоти? Ты с ней столкнулся после разговора с кем? Что ж ты, дорогой, тогда тому бандиту не сказал всё, что о нем думаешь? Или, на крайний случай, не ушел так же гордо отвергнув любые предложения криминального авторитета? Крови ведь на нем, надо думать, не в пример этой девочке? Нет, я спокойно пошел на компромисс со своими убеждениями и мировоззрением!
Сейчас решил поиграть в чистюлю с непоколебимыми моральными принципами? Только потому что там твой драгоценной жизни и жалкому благополучию грозили серьезные неприятности, а в случае компромисса – можно было здорово поправить, ко все прочему, материальное положение? Здесь девочка была совершенно беззащитна перед тобой, и ты мог встать в позу моралиста-обличителя?
В конце концов, хватит себе врать. Она мне нравится. Как это ни странно звучит, все эти кровавые истории добавили к её привлекательности парадоксальную остроту, как нежному блюду не мешает острый перец для обострения вкусовых ощущений.
Мне не хотелось оставлять её. Особенно после того, как она раскрылась, если не полностью, то значительно! И потом Санька мне просто не простит, если я брошу на жизненном сквозняке такого потерянного «котенка»!
– Что сидишь? – бросил я резко. – Допивай свой кофе.
– И?… – выдавила она из себя едва слышно. Я не думал, что она, такая уверенная в себе, может быть на столько беззащитной.
– И … – протянул я, передразнивая. Но недолго, – поехали отсюда!
Она не стала спрашивать, куда мы поедем. Послушно сделала глоток уже остывшего напитка и вскочила, всем видом показывая, что готова подчиниться всем моим распоряжениям. Мне не жалко было недопитого кофе. Просто сейчас надо было показать, что командовать парадом отныне буду я! А ты, голубушка, будешь молчать и слушать! И слушаться! Во всяком случае, в ближайшем будущем. А дальше посмотрим.
Мы вышли из кафе. Я подошел к машине, сунул ключ в замок двери, но он не захотел поворачиваться. Вот этого только не хватало! Заклинило! Ладно, черт с ним! Обошел машину и попытался открыть пассажирскую дверь! Но и она не открывалась! Ну что за черт возьми! Всё одно к одному.
Тут я увидел, что Саша показывает украдкой пальцем вправо. Я не понял.
– В чем дело? – спросил я с раздражением. Нашла время, когда кокетничать!
– Это не твоя машина… – очень тихо сказала она, словно боялась, что её кто-то еще, кроме меня услышит!
Я оглянулся и внимательно посмотрел. Действительно: «девятка» белая, как и у меня. Но салон с чехлами, а я их никогда не надевал. На зеркале чертенок болтается. На торпеде – новомодный мини иконостас из маленьких иконок. Это точно не моё – не поддался на увлечения всеобщего истового обращения в веру православную! Этого только не хватало – угнали что ли тачку?
Тогда я повернул голову в ту сторону, куда показывала Саша! Зря генерил! Никто у меня ничего не угонял. Стоит моя красавица целая и невредимая! Именно моя (на всякий случай и на номер взглянул)! Наверное, пока мы сидели в кафе, кто-то припарковался на свободное место. И этот кто-то ездил на близняшке моей «ласточки»!
