— А то, что на мне кредит висит на него и при нормальном ходе вещей мне его хрен выплатить, разве что через два месяца я банк не… Васька замолчал в заранее продуманном месте
— Что, Вася?
— Эх, проболтался я…
— Да пока еще нет — засмеялась Лена. Хотя… ты не налет, часом, собрался устроить?
— Ну, это ты сильно сказанула… с оружием я туда врываться точно не буду. Лен, если захочешь все узнать, обещай, что сохранишь это в тайне.
Васька очень боялся того, что она ответит немедленно и тогда всякому обещанию очевидно будет грош цена, однако Лена внимательно посмотрела ему в глаза, которые, как он сообразил, отражали свет ночника, и были видны в тусклом освещении, после чего взяла его за голову и крепко поцеловала
— Обещаю, Васенька. Говори.
— Я тебе в конторе при всех, сама понимаешь, про английский сказать не смог, зачем он мне нужен. Так вот…
Если бы Соловьев узнал о том, какие именно мысли стремительно проносились в голове Ленки во время его рассказа, он бы остолбенел от удивления на срок не менее пяти минут. Авторство утверждения о том, что «не мы выбираем их, а они — нас» предписывается стольким классикам, что те бы наверняка передрались из-за его выяснения при встрече, однако узнавание того, что он был выбран сам и даже задолго до того, как подкатился к Ленке, ударило бы Василия, как обухом по голове. Да он и практически не знал классиков литературы, Мопассана-то Васька читал только из-за достаточно развратной тематики многих его произведений… Елена уже не одну неделю назад сама заприметила в офисе парня, в котором чувствовалась какая-то внутренняя сила, ощущалась целеустремленность и бурлила излучаемая энергия, из за которой ее саму начало тянуть к Ваське. Парень чем-то неуловимо отличался от прочих и явно был «не таким, как все». Лена, со свойственным многим женщинам эгоцентризмом, думала, что эта перемена в Ваське вызвана ей самой, однако истина оказалась намного более потрясающей и еще больше подтверждала его отличие от остальных и правильность сделанного самой Ленкой выбора. Удивление Василия было бы изрядно дополнено тем, что Ленка обнаружила в нем не только те качества, которые он сам считал у себя не слишком развитыми, а именно острый ум, но даже и те, о которых он совсем и не думал! История-то сама явно правдивая, придумать такое просто для того, чтобы по ушам поездить — практически невозможно. Это же сколько ума и удачи потребовалось ему, чтобы найти нужного человека во всем Интернете! А насколько ловко и хитро Вася объяснил китайцам, для чего заказывает такие нестандартные картриджи, подсунув им липовый пропуск! — комар носа не подточит. То, что затея Васьки, мягко говоря, не слишком законна, Ленку не волновало. Многие люди, пережившие девяностые, и глядевшие на то, как, очень мягко говоря, не самыми праведными способами сколачивались миллионные состояния, не считали, да и не считают зазорным чего-то урвать и для себя при случае. К тому же риск, с точки зрения Лены, был не велик… особо если она сама будет хватать рвущегося вперед мужика за руку и как следует все распланирует. Мужчины часто бывают излишне решительными, но при этом недостаточно хитрыми, хотя… про хитрость тут случай не тот — оказывается, что ловок и сообразителен-то Вася преизрядно, да и хитростью его Бог не обидел. Но погорячиться и сделать что-то по неосторожности он может вполне… Да рассказ ведь закончился уже, а я все смотрю на него обалдевшая, прямо как дура какая-то! Хорошо еще ночник ему в глаза светит, а не мне. Шевелись, дуреха, говори давай!
— Лен?…
— Вася… Какой ты умный!
Соловьев аж задохнулся от удивления.
— Я!?
— А кто же еще, Васенька? А еще ты удачливый и очень-очень хитрый. Иначе бы ни японца не нашел, ни картриджей не заказал бы по-тихому. Тайну твою я сохраню, не бойся… У меня одна просьба к тебе есть…
— Какая?
— Вася, позволь мне тебе помогать. Я тебе и с бумагой подсоблю, и с английским, да еще, надеюсь, чего-нибудь дельного присоветую
— М.м. м…
Соловьев был чертовски удивлен, так как совсем не ждал от Ленки такого предложения. Однако, он быстренько сообразил, что если Елена сама будет участвовать в его затее, то уж точно никому про нее не разболтает, а лишняя пара глаз и рук отнюдь не помешает. К тому же глаза и руки, да и все прочие части тела красивые…
— Договорились!
— Спасибо тебе! Постараюсь сделать все, что смогу. Какой ты у меня сообразительный, мой Васенька…
От радости у Соловьева перехватило дыхание. Мой Васенька… К счастью, ему живо пришел в голову очень достойный ответ.
— Моя прекрасная Елена…
— Васенька… меня еще никто так не называл…
Женщина прильнула к Василию все телом. У него в очередной перехватило дыхание и, несмотря на краткость отдыха, Васька почувствовал, как его мужское естество вновь стало оживляться. Он крепко обнял Ленку и на время выкинул из головы все дела.
