По состоянию на 1 января 1993 г. в России было зарегистрировано 950 тыс. новых хозяйственных формирований, в том числе 400 тыс. товариществ, 200 тыс. частных и индивидуальных предприятий, 150 тыс. кооперативов, 100 тыс. акционерных обществ, 12 тыс. ассоциаций, концернов, консорциумов. На предприятиях "нового бизнеса" нашли себе работу 16 млн. человек, или 22 % от общей численности занятых в экономике России. Две трети коммерческих структур действовали в сфере малого бизнеса, в основном, мелкооптовой и розничной торговли.
Остановку производства и падение потребительского платежеспособного спроса торговое малое предпринимательство активно компенсировало импортом товаров, хотя и не очень качественных (продукции китайского и турецкого производства), но пользовавшихся ажиотажным спросом у российского потребителя. Быстрая оборачиваемость мелких торговых капиталов превращала их в капиталы средних размеров. Более того, мелкая торговля быстро реагировала на нарастающую социально-экономическую дифференциацию российского общества, группируясь в нишах обслуживания массовых потребителей и потребителей с высоким уровнем доходов. Достаточно быстро рядом с мелкими торговыми палатками стали возникать элитные магазины.
Спрос на дешевый импорт порождал соответствующее предложение. В стране началось, а в 1993 г. набрало силу массовое "челночное" движение, в котором приняли участие миллионы высококвалифицированных рабочих, инженеров, научных сотрудников и уволенных в запас военнослужащих. Они направлялись в приграничные страны: на севере — в Финляндию; на западе — в Польшу; на юге — в Турцию; на востоке — в Китай, — чтобы продать на тамошних блошиных рынках, что они смогли привезти с собой из России, а на полученную выручку закупить предметы ширпотреба для продажи в России. Челночный бизнес вопреки общепринятому представлению о нем — это не розничная, а мелкая оптовая торговля. Запыленный баул, обмотанный скотчем, — основная учетная единица челночного бизнеса. Оборот одного торговца-челнока может значительно варьироваться от того, есть ли у "челнока" или его компаньонов по бизнесу торговые площади, а также от сезона и везения. В среднем с одного баула удается выручить $2–3 тыс. с учетом средней его вместимости 100 кг. По подсчетам самих челноков, при торговой площади два-три контейнера за сезон (в зависимости от товара) можно выручить от $70 тыс. до $500 тыс. (но чаще не более $200 тыс.). Ежегодно, с 1993 г. по 1996 г. только в Стамбул за турецкими товарами из России прибывали около 3 млн. человек. По некоторым оценкам в 1996 г. общий оборот "челночной" торговли превысил $15 млрд. Посредством доставленных на горбах "челноков" товаров в 1990-е годы одевалась и обувалась вся Россия.
В 1992 г. в российском обществе резко ускорился процесс социально-имущественной дифференциации. 7 сентября 1992 года в еженедельнике "Коммерсантъ" в статье, посвященной началу выпуска ежедневной газеты "Коммерсантъ-Daily", сообщалось о том, что в России сформировался "узкий социальный слой, представители которого характеризуются одновременно высокой материальной обеспеченностью, образованностью, новым менталитетом и, как следствие, новым стилем жизни. Это формирующаяся элита российского общества… В социологии есть термин, который вполне применим в этом случае, — "опережающая группа"". Применяемое по отношению к этой группе словосочетание "новые русские" впервые зафиксировано в журнале "Огонек", опубликовавшем 4 марта 1992 года статью "Новые русские с жиру бесятся", посвященную гастрономическим изыскам дорогих московских ресторанов, хотя, следует заметить, что начальный этап ресторационного развития в России не являлся собственно бизнесом. Иметь ресторан было престижно, но убыточно. Их создавали как побочный бизнес банки и коммерческие структуры с целью улучшения делового имиджа.
Новый класс появился в России как бы из ничего, ех nihilo, в ничтожно короткий срок. Быстрота смены элит и отсутствие достоверной информации породили многочисленные мифы, отягощенные фактами участия в этом процессе организованных преступных группировок (ОПГ). В общественном мнении сформировался образ российского предпринимателя с пугающей и непонятной маской "класса-призрака".
ПРИВАТИЗАЦИЯ
