В окончательном виде Государственная программа приватизации содержала три основных варианта раздела общенародной собственности. По первому из них работники предприятия бесплатно наделялись привилегированными (не голосующими) акциями в размере 25 % от уставного капитала. Им полагалось также 10 % обыкновенных (голосующих) акций, приобретаемых со скидкой в 30 % от их номинальной стоимости, а руководству предприятия — еще 5 % акций по цене, равной номиналу. Второй вариант разрешал трудовому коллективу приватизируемого предприятия приобрести 51 % его акций, но по более высокой цене (в 1,7 раза выше номинала). Согласно третьему варианту по решению трудового коллектива создавалась инициативная группа, берущая на себя ответственность за проведение приватизации предприятия и ограждение его от банкротства. В случае выполнения группой взятых на себя обязательств по истечении заключенного ранее договора ее члены приобретали право на получение 20 % уставного капитала в виде обыкновенных акций. Включение в программу второго и третьего вариантов, по признанию ее разработчиков, представляло собой компромисс с директорским корпусом.
3 июля 1991 г. Верховный Совет РСФСР принял закон N 1531-1 "О приватизации государственных и муниципальных предприятий РСФСР", который определял перечень и компетенцию государственных органов, уполномоченных проводить приватизацию, регламентировал порядок и способы проведения приватизации государственных и муниципальных предприятий. Закон предусматривал проведение приватизации: путем продажи предприятия по конкурсу, на аукционе, продажи долей (акций) в капитале предприятия, выкуп арендованного имущества, преобразование предприятия в акционерное общество. Организация и проведение единой государственной политики приватизации, включая ее нормативное и методическое обеспечение, возлагались на Государственный Комитет РФ по управлению государственным имуществом (ГКИ). В качестве продавца и временного владельца государственного имущества был определен Российский фонд федерального имущества (РФФИ). При этом ГКИ был подотчетен Правительству РФ, а РФФИ — Верховному Совету РСФСР.
В пакете с вышеупомянутым законом в тот же день был принят закон N1529-1 "Об именных приватизационных счетах и вкладах в РСФСР". Закон устанавливал порядок открытия именных приватизационных счетов (книжек), под которыми понимались государственные свидетельства о праве его владельца на долю в безвозмездно распределяемой государственной и муниципальной собственности, а также о его праве на использование такого вклада, и условия использования этих счетов. Сумма денежных средств, ежегодно перечисляемая государством на приватизационный счет гражданина, должна была устанавливаться государственной программой приватизации. Открытие гражданам именных приватизационных счетов и выдачу приватизационных книжек предполагалось производить через отделения Сбербанка на основании списков, составляемыми органами местного самоуправления. В соответствии с данным законом приватизационный вклад, перечисленный гражданину на приватизационный счет в виде денежных сумм, на руки не выдавался, проценты по этим вкладам не начислялись, приобретение объектов приватизации должно было осуществляться путем безналичных перечислений, в пределах суммы вклада, с обязательным отражением целевого использования денежных средств на именной приватизационной книжке.
Фактически, закон об именных приватизационных счетах и вкладах ставил на "народной приватизации" в России большой и жирный крест, так как был технически невыполним. Идея приватизационных счетов могла быть реализована только на основе высокотехнологичной информационной банковской системы. А для ее создания требовалось соединить все отделения Сбербанка высокоскоростными каналами связи, организовать центральный вычислительный центр и не менее сотни региональных, закупить мощные серверы и десятки тысяч персональных компьютеров, разработать специальное программное обеспечение, принять на работу тысячи специалистов IT-подразделений, заново оборудовать рабочие места операционистов.
Тогда и с обычной-то телефонией были проблемы, а тут речь шла о создании в кратчайшие сроки сложнейшего технологического комплекса. О том, сколько все это будет стоить, включая прием на работу и переобучение десятков тысяч банковских работников, и сколько на это уйдет времени, законодатели даже не подумали. Когда в Сбербанке узнали о том, нужно за месяц открыть 150 млн. банковских счетов (в том числе на грудных младенцев), да еще организовать по ним отдельный учет, чтобы эти деньги направлялись только на специализированные приватизационные аукционы, то сразу сказали: изобретатели этого закона либо сумасшедшие, либо полные невежды.
