1 февраля 1846 года Фёдор Михайлович говорил своему брату: «Я был влюблен не на шутку в Панаеву, теперь проходит, а не знаю еще. Здоровье мое ужасно расстроено, я болен нервами и боюсь горячки или лихорадки нервической». Безнадежно влюбленный молодой человек нещадно страдал и от того, что интерес к его творчеству быстро иссяк. Белинский, сначала благосклонно приняв следующее произведение Достоевского, повесть «Двойник», позже разочаровался в ней. В их отношениях наметилось охлаждение, оно передалось и всем, кто окружал великого критика. Раздражительность, высокомерие, с каким вел себя молодой писатель, служили хорошей мишенью для насмешек.
Сохранились воспоминания Панаевой об этом периоде: «С первого взгляда на Достоевского видно было, что это страшно нервный и впечатлительный молодой человек. Он был худенький, маленький, белокурый, с болезненным цветом лица; небольшие серые глаза его как-то тревожно переходили с предмета на предмет, а бледные губы нервно передвигались». Дальше она вспоминала: «По молодости и нервности он не умел владеть собой и слишком явно высказывал свое авторское самолюбие и высокое мнение о своем писательском таланте». Все это подзадоривало «раздражать его самолюбие уколами в разговорах, особенно на это был мастер Тургенев, он нарочно втягивал в спор Достоевского и доводил его до высшей степени раздражения. Тот лез на стену и защищал с азартом иногда нелепые взгляды на вещи, которые сболтнул в горячности, а Тургенев их подхватывал и потешался». Достоевский растолковал подобное отношение как зависть к его таланту. Конечно, ему было труднее переносить насмешки литераторов от того, что все это происходило в присутствии любимой женщины, к тому же относившейся к нему лишь снисходительно. Болезненная мнительность усилилась, а с ней вновь проявила себя эпилепсия, которая периодически возобновлялась у него в течение жизни.
Опять остро встал вопрос добывания денег. Написанная им поэма «Двойник» не принесла нетерпеливо ожидаемого успеха. Ни критика, ни публика не приняли ее.
Достоевский перебивался маленькими гонорарами за небольшие литературные работы, печатавшиеся в периодических изданиях. Долги, неустроенность, слишком маленькие суммы гонораров — все это действовало удручающе. Нищету уже стало трудно скрывать. Порой тучи над ним так сгущались, что он испытывал острое желание забыться. Некоторое облегчение он находил в притонах и кабаках, азартных играх и с женщинами, но потом мучался стыдом и раскаянием. Тогда он спасался, уходя в мечты о «прекрасном и высоком».
Контраст между тяготами социальной и политической действительности, с одной стороны, и моральными идеалами, с другой, привели писателя к сближению с кружком братьев Бекетовых, куда входили также Григорович, Плещеев, Майковы. Это было в 1847 году, а весной того же года он познакомился с петрашевцами и стал посещать их «пятницы». Позже, в 1847–1849 годах, он начал ходить на собрания кружка С. Ф. Дурова, где также собирались многие петрашевцы.
В этот период господства крепостничества и мрачной реакции происходили жаркие споры западников и славянофилов, зарождалось либеральное мировоззрение.
В кругах, к которым стал близок Достоевский, происходили споры о проблемах народа и власти, о том, как они видят дальнейшее развитие и назначение русской культуры. Обсуждения не могли не касаться жгучих вопросов социального, политического и экономического устройства государства. Достоевского увлекали гуманитарные идеи. Боль от страданий народных, понимание всей уродливости крепостничества, вера в великое предназначение России — все это сближало писателя с петрашевцами. На собраниях вслух читали и обсуждали труды Сен-Симона и других французских социалистов, статьи Герцена и крамольное письмо Белинского к Гоголю. Оно содержало обвинения писателя в подчинении церковности, верноподданичестве самодержавию и рабстве. Достоевский на одном из собраний выступил с вдохновенной речью, в которой звучали призывы к братству, вольности и справедливости. Многие, тронутые его красноречием, плакали. Тогда никто не подозревал, что среди слушателей присутствует агент Третьего отделения.
Арест не заставил себя долго ждать. 23 апреля 1849 года арестованный Достоевский был препровожден в Александровский равелин Петропавловской крепости. Вместе с ним были арестованы и другие петрашевцы.
Восемь долгих месяцев пришлось прожить в тюрьме петрашевцам. Им всем грозила смертная казнь. Несмотря на обострившиеся нервные и желудочные болезни, Достоевский проявил много мужества, никого из товарищей не выдал. Тогда им был написан рассказ «Маленький герой». Писатель был назван виновным в «умысле на ниспровержение… государственного порядка».
