– Соратники, – сказал он уже нормальным тоном, – сейчас мы все на взводе и это понятно. Завтра начнется нахождение в тюрьме. Возможно долгое и очень вероятно нас будут дергать на допросы. У них явно нет ни достаточного количества следователей и вряд ли от подавляющего большинства можно ожидать великих секретов. Я сам ничего крайне тайного в голове не имею, – народ заржал, – правда, правда! Зато по прошлому опыту знаю – самое тяжелое в тюрьме – это скука. Вы еще почувствуете, каково по десятому разу выслушивать историю соседа. И сидеть, отвернувшись к стенке и жалеть себя тоже не дело. Поэтому постановляю: первое – Прудников!
– Я! – сообщил низкорослый крепыш.
– Найдешь себе помощников и примешься в стенку камеры радийной азбукой выстукивать. Наверняка и кроме тебя найдутся или радисты, или телеграфисты.
– А что передавать?
– Спросить, кто сидит и инструкции. Сейчас до этого дойду.
– Вроде есть тюремная азбука, – сказал Прудников неуверенно.
– Я ее не знаю, ты ее не ведаешь. Начнем с этого. Ага, – подтвердил на движение среди людей, – я про тебя помню. Вот Ежов потом и поделится. Он первым нам прочитает лекцию.
– Чего? – недоуменно спросили из заднего ряда.
– Каждый расскажет обществу либо о своей профессии, либо интересный случай из жизни.
А лишние знания никому не помешают, подумал Стен. Да и лучше, чем жалеть о сделанном или девушку вспоминать. С кем она без него гуляет.
– Можно байку, но по очереди. Потом все снова по кругу. Победитель за лучшую историю получит приз.
– Какой приз?
– Придумаем что-нибудь. Денег не дам.
Опять заржали.
– За лучшее вранье, – заявил молодой парень со свежим фингалом под глазом.
– А хоть бы. Главное красиво суметь. Я вот расскажу про строительство дорог. Оно лишь кажется, легко и просто.
– Я рыбак, – с недоумением на лице сообщил коренастый мужик, мало подходящий по возрасту к основному контингенты задержанных. Лицо у него было все в оспинах и выражение простака, – что интересного можно рассказать о ловле? Кинул, поймал. Он подумал. – Или не поймал.
– Я Рыбалков и фамилия просто обязывает поделиться, – подал голос журналист, – занимательной сказкой о рыбе. Все видели, как идут летом и осенью косяки из моря в реки?
– Иногда палку вставишь, стоит, – поделился рябой. – Так плотно двигаются. У них даже очередь имеется. Весной чавыча, летом – нерка, сима, горбуша, кета, кижуч и семга обязательно осенью.
– Ага, несколько лет проведя в море они всегда идут на нерест в реку где родились. Ни за что не свернет в соседний приток, так и прет через камни, прыгая на три метра.
– Горбуша куда угодно лезет, – не согласился рябой. – И потом Пятипальцевая горбуша, которая оставляет устье и уходит в море в середине лета, может вернуться через год как 60 пальцевой рыбкой, так и полторасто. Никогда точно не угадаешь. А могут заявиться через несколько лет, с океанских пастбищ, вырастая до потрясающих размеров. Я однажды поймал весом 57 килограмм!
– Ну это ты приврал, – усомнился голос.
– Честное слово, Бог мне свидетель!
– Считается, – продолжил журналист, – за год они набирают от одного до 3–4 пальцев в длину. Но это в домашних условиях проверяли.
– Ученые ипить, – удивился рыбак, чеша затылок. – Заняться им нечем.
Судя по поведению, он всю жизнь бился, зарабатывая деньги и не особо задумываясь об окружающем мире. В результате сохранил незамутненное восприятие ребенка. Таким одно удовольствие сказки рассказывать.
– А в океане толком не проверишь. То есть пища, то пусто. И никто не скажет, как они находят дорогу через годы. Очень часто отложив икру рыбы гибнут. И вот тут самое интересное. Огромное число животных жируют на них из года в год. Медведи ловят лососей, несут на берег и часто съедают не полностью. Остатки рыбы становятся пищей для насекомых мелких животных и насекомых. Удобрением. Дают пишу мелким рачкам и водорослям, которые будет поедать молодь, вылупившаяся из икринок.
Рыбалков сделал рассчитанную паузу.
– Так вот ученые насчитали 137 видов животных и 44 птиц, без наличия лососей непременно бы исчезнувших. Вот представьте себе Скалистые горы практически без животных! А ведь там и человеку станет крайне тяжело выжить. Вот о взаимосвязи животных в природе я и хочу рассказать.
– Стоп! – приказал Шаманов, под недовольный гул. – Завтра. Есть дела поважнее. Первоочередные. Сейчас нам соратник Ежов, иди сюда, чтоб все видели, поведает как себя надо вести на допросе подробно и конкретно.
Поведение на допросе гораздо актуальнее, решил Стен. Интересно, все ли знают слово «актуально». Не важно. Я ж не сказал вслух.
– Прудников!
– Я помню. Записывать можно?
– Почему нет. А что у кого-то бумагу и ручку не отобрали?
– У меня есть карандаш.
– И у меня.
– У меня тетрадь.
Ежов одними губами сказал, обращаясь к Шаманова: «дебилы» и показал часы на цепочке.
