— Майерс и я, саксоночка. Мне нужно отправиться в глубь страны и посмотреть, что там да как, пока не ударили холода, а это отличная возможность. Лучше, чем Майерс, проводника я не найду.
Он предпочел умолчать, что ему тоже было бы неплохо временно исчезнуть из поля зрения Мурчисона.
— Ты же возьмешь меня с собой, дядюшка? — Иэн смахнул с возбужденного лица спутанные волосы. — Тебе потребуется помощь, поверь! Рабыня огромная, как бочка черной патоки!
Джейми улыбнулся племяннику.
— Хорошо, Иэн. Думаю, нам пригодятся лишние руки.
— Кхм! — Я недобро уставилась на Джейми.
— …чтобы приглядывать за твоей тетушкой, по крайней мере, — продолжил он, ответив мне аналогичным взглядом. — Отправимся через три дня, саксоночка… если Майерс к тому времени сможет сидеть верхом.
Я приготовила дорожную сумку с лекарствами и инструментами, а седельные мы набили едой, одеялами и кухонными принадлежностями. Оставался лишь небольшой вопрос, связанный с одеждой.
Я обмотала длинную полосу шелка крест-накрест вокруг груди и завязала спереди на изящный бантик, а потом придирчиво изучила результат в зеркале.
Неплохо. Я вытянула руки и подвигалась из стороны в сторону, проверяя. Да, сойдет. Хотя, если обернуть еще раз, прежде чем скрещивать…
— Чем это ты тут занимаешься, саксоночка? И что ты, прости господи, надела?
Прислонившись к дверному косяку, Джейми не сводил с меня удивленного взгляда.
— Пытаюсь соорудить бюстгальтер, — с достоинством объяснила я. — Я не намерена разъезжать по горам на дамском седле в платье, а без корсета грудь будет всю дорогу болтаться. Мне это совсем уж ни к чему. Ужасно неудобно.
— Могу представить. — Джейми немного приблизился и осторожно меня обошел, держась на расстоянии. — А это что? — с интересом глянул он на мои нижние конечности.
— Нравится?
Я положила руки на бедра, демонстрируя кожаные штаны на завязках, что соорудила для меня Федра (нервно посмеиваясь в процессе) из мягкой оленьей шкуры, которую предоставил кто-то из товарищей Майерса в Кросс-Крике.
— Нет, — прямо ответил Джейми. — Тебе нельзя расхаживать в… в… — Он махнул рукой на мои ноги, потеряв дар речи.
— В штанах, — закончила за него я. — Конечно же, можно. В Бостоне я их все время носила. Очень удобно.
Джейми молча на меня уставился, а потом снова медленно обошел.
— Ты носила их вне дома? — наконец раздался недоверчивый голос из-за моей спины. — На людях?
— Да, — сердито бросила я. — Как и большинство женщин. Что в этом такого?
— Что в этом такого?! — поразился Джейми. — Господи, видно же твою задницу, саксоночка!
— Ну и твою видно, и что? — заметила я, повернувшись к нему лицом. — Я ее в бриджах наблюдаю месяцами напролет, но сие зрелище лишь время от времени побуждает меня на непристойные действия.
Джейми шевельнул губами, не уверенный, стоит ли смеяться. Воспользовавшись замешательством, я быстро шагнула вперед и уверенно схватила его за зад.
— Вообще-то, как раз килт вызывает у меня желание завалить тебя на пол и изнасиловать, — сообщила я. — Но в бриджах ты тоже хорош.
Джейми все-таки рассмеялся и глубоко меня поцеловал, осторожно поглаживая обтянутые кожаными штанами ягодицы. Он мягко сжал их, и я непроизвольно обняла его крепче.
— Снимай, — заявил он.
— Но я…
— Снимай, саксоночка, — твердо повторил Джейми. Он отстранился и потянул за тугой шнурок у себя на ширинке. — Потом снова наденешь. Если тут и произойдет насилие, то совершу его я, поняла?
Рабыню спрятали в сушильном сарае на самом краю владений Фаркуарда Кэмпбелла. Вряд ли нас заметили бы, разве что рабы самого Кэмпбелла, но они и так знали, — однако мы приехали за ней, как только стемнело, и лиловый закат сменился серыми тонами.
Женщина выскользнула наружу, будто призрак, закутанная в плащ с капюшоном, и ее взгромоздили на запасную лошадь, торопливо, как контрабанду на борт корабля. Что, собственно, было недалеко от правды. Рабыня поджала ноги и вцепилась в седло обеими руками, сгорбившись от страха. Она явно никогда не ездила верхом.
Майерс попытался передать ей поводья, но она даже не заметила и лишь сильнее скрючилась, постанывая от ужаса. Мужчины начинали тревожно вглядываться в пустые поля, словно ожидали, что вот-вот из-под земли выскочит Мурчисон с приспешниками.
— Пусть со мной едет, — предложила я. — Может, так ей будет спокойнее.
Женщину с трудом оторвали от ее лошади и усадили на круп моей, сразу за седлом. От рабыни одуряюще остро пахло свежими листьями табака и еще чем-то мускусным. Она тут же обхватила мою талию. Я похлопала ее по руке, и рабыня прижалась сильнее.
Не удивительно, что она до смерти напугана. Я повернула лошадь, следуя за Майерсом. Может, рабыня и не знала про шумиху, которую Мурчисон поднял в округе, но явно не сомневалась в том, что ее ждет в случае поимки. Она наверняка была в той толпе, когда линчевали ее собрата.
