Джейми не сводил взгляда с чего-то снаружи, перестав контролировать выражение лица. Он говорил о тварях — и воспоминания пробудили зверя в нем самом. Синие, как сапфиры, глаза не мигали.
— А здесь оба брата? — спросила я, скорее желая сбить этот пугающий настрой, чем узнать ответ.
Сработало — Джейми резко отвернулся от окна.
— Нет, — коротко бросил он. — Это Билли. Малыш Бобби умер в Ардсмуре.
Джейми коротко дернул клетчатую ткань. Я вдруг задумалась: почему этим утром он остался в килте, а не сменил его на бриджи? Вот так щеголять перед английскими солдатами — все равно что размахивать красной тряпкой перед носом у быка. Теперь я поняла.
Однажды право ношения килта уже отобрали у Джейми, чтобы лишить гордости и мужественности. Но все усилия оказались напрасными, и Джейми подчеркивал их неудачу — причем плевать, насколько это разумно. Разумность вообще слабо вязалась с упрямой гордостью, которая пережила столько лет унижений.
— Судя по реакции сержанта, умер он не от естественных причин.
— Да. — Джейми вздохнул и слегка повел плечами, затянутыми в камзол. — По утрам нас отвозили на каменоломню. Возвращались мы уже в сумерках. К каждой повозке приставляли по два-три стражника. Однажды малыша Бобби назначили командовать стражей. Утром он выехал с нами… а вечером не вернулся. — Джейми снова выглянул в окно. — На дне карьера был очень глубокий водоем.
Его бесстрастный тон так же леденил душу, как и жестокий рассказ. У меня по спине пробежал холодок, несмотря на духоту.
— А ты… — начала я, но Джейми приложил палец к губам и вскинул голову в сторону двери. Через миг я тоже расслышала шаги.
Однако вошел не секретарь, а сержант. Он тяжело дышал, по лицу, обрамленному париком, стекал пот, да и вообще цветом оно напоминало свежую говяжью печень.
Сержант уставился на пустое место за столом и злобно хмыкнул. Я содрогнулась, словно была тем самым отсутствующим секретарем, а сержант попросту смахнул со стола все бумаги. Затем схватил чистый лист и с грохотом припечатал его об стол оловянной чернильницей.
— Пиши. Где нашел, что произошло. — Сержант сунул Джейми грязное гусиное перо. — Дата, подпись.
Джейми прищурился, но перо не взял. У меня внутри что-то оборвалось. Джейми левша, его насильно приучили писать правой рукой, которая теперь искалечена. Буквы он выводил медленно и с огромным трудом, сминая покрытые кляксами и пятнами пота листы. Да и сам он оказывался не в лучшем состоянии. Ни за что на свете Джейми не станет так унижаться в присутствии Мурчисона.
— Сядь. Пиши, — процедил сержант.
Глаза Джейми совсем превратились в щелки, но, прежде чем он успел заговорить, я выхватила у сержанта перо.
— Я тоже там была, я напишу.
До чернильницы дотянуться я не успела — Джейми обхватил мое запястье ладонью, выдернул перо из моих пальцев и бросил на середину стола.
— Ваш секретарь сможет найти меня позже, в доме моей тетушки, — сообщил он Мурчисону. — Пойдем, Клэр.
Не дожидаясь ответа от сержанта, Джейми сжал мой локоть и едва ли не вздернул меня на ноги. Мы оказались снаружи так быстро, что я не успела ничего сообразить. Повозка стояла на прежнем месте. Пустая.
— Ну, пока что она в безопасности. Слушай, Макдью, что нам вообще, черт возьми, делать с этой женщиной?
Дункан поскреб щетину на подбородке. Они с Иэном провели три дня в лесу — искали рабыню по имени Поллианна.
— Перевозить ее будет сложно, — влез Иэн, утягивая с тарелки кусок бекона, который сразу разделил пополам и отдал часть Ролло. — Бедная леди чуть не умерла от страха, когда Ролло ее обнюхал, так что мы черт знает сколько пытались поднять ее на ноги. И на лошадь усадить не получилось… В общем, мне пришлось идти пешком и всю дорогу ее поддерживать.
— Надо отвезти Поллианну куда-нибудь подальше, — нахмурилась Иокаста, в задумчивости прикрыв слепые глаза. — Мурчисон вчера утром снова нагрянул на лесопилку и всех там достал. А вечером Фаркуард Кэмпбелл прислал весточку: Мурчисон объявил смерть девушки убийством и приказал прочесать местность и найти виновную рабыню.
— Вы думаете, она могла? — Иэн перевел взгляд с Джейми на меня. — Ну, случайно, в смысле?
Я содрогнулась, вспоминая, как взяла в руки металлический вертел.
— Есть три варианта: несчастный случай, убийство или самоубийство. И есть масса других, куда более простых способов покончить с собой, уж поверьте. Для обычного убийства нет причин, по крайней мере, мы о них не знаем.
— Неважно, что там случилось, — присоединился к разговору Джейми. — Если рабыня попадет Мурчисону в руки, он либо ее сразу повесит, либо запорет до смерти. Суда не будет. Нет, мы должны ее вывезти. Я уже договорился с нашим другом, Майерсом.
— О чем это ты с ним договорился? — резко спросила Иокаста, заглушая раздавшиеся восклицания и вопросы.
Прежде чем заговорить, Джейми тщательно намазал гренку маслом и протянул Дункану.
— Мы отвезем рабыню в горы. Майерс говорит, индейцы ее примут, и он знает подходящее местечко, где малыш Билли Мурчисон ее не достанет.
— Мы? — вежливо поинтересовалась я. — Кто это мы?
Джейми усмехнулся в ответ.
