Джейми поднял голову. Я заметила, что щеки у него запали от тревог и огорчений. Не только у меня выдалась долгая, трудная ночь.
— Видела, — сказала я. — Я вам потом расскажу, а то у меня такое чувство, что вот-вот превращусь в тыкву. Пойдем домой.
Джейми привел с собой лошадей, но они не смогли спуститься в овраг, поэтому мы отправились вдоль разлившегося ручья, перешли его вброд, с трудом вскарабкались по каменистому склону и наконец добрались до того места, где он их привязал. После всех испытаний я еле держалась на ногах, так что особой помощи от меня ждать не приходилось. Джейми с Иэном по-мужски справились с ситуацией — по очереди несли меня на спине, как громоздкую, не слишком удобную ношу.
— Знаешь, не стоит поить бренди человека, пострадавшего от гипотермии, — слабо шепнула я на ухо Джейми, когда он снова поднес фляжку к моим губам во время одного из привалов.
— Мне все равно, от чего ты там пострадала, если тебе легче, когда в животе плещется бренди, — ответил он. Хотя все еще было прохладно, после подъема щеки у него раскраснелись. — И вообще, — добавил он, утирая пот со лба краем рубашки, — лучше спи. Господи, я как будто новорожденного теленка из болота тяну!
— Прости, — пробормотала я и улеглась на спину прямо на землю в надежде, что меня не стошнит. Небо вертелось в одну сторону, а мой желудок — в другую.
— Пес, поди прочь, — произнес Иэн.
Я приоткрыла один глаз, чтобы посмотреть, что происходит. Иэн с твердой решимостью отогнал Ролло от черепа, который он взял с собой по моему настоянию.
При дневном свете череп выглядел куда менее симпатично. Потемневший и покрытый пятнами, издалека он напоминал гладкий камень, изъеденный ветром и непогодой.
— И для чего тебе понадобился этот прекрасный принц? — спросил Джейми, критически глядя на мое приобретение. К нему уже вернулся нормальный цвет лица. Он взглянул на меня, потянулся и с улыбкой убрал мне прядь волос со лба. — Ты как, саксоночка?
— Уже лучше, — заверила я, приподнимаясь. Окружающий мир еще не совсем перестал вертеться перед глазами, но бренди заставило кровь быстрей побежать по жилам; ощущение было скорее приятным, будто ветви деревьев, шурша, скользят по оконным стеклам проносящегося мимо поезда.
— Наверное, стоит отнести его домой и похоронить по-христиански? — с сомнением протянул Иэн.
— Не думаю, что он оценит. Вряд ли он был христианином. — Передо мной возник яркий образ человека, которого я видела из своей норы прошлой ночью. Может, и правда, что миссионеры сумели обратить в христианство некоторых индейцев, однако, сдается мне, тот почти голый джентльмен с разукрашенным лицом и головным убором из перьев, остался язычником.
— Вот, вместе с ним закопали.
Из кармана юбки я извлекла онемевшими пальцами гладкий темно-коричневый камень, который нашла в земле. С одной стороны он был плоский, а с другой слегка выпуклый и такой гладкий, словно все это время его шлифовал водопад.
С плоской стороны на нем были высечены зазубрины и знак в форме закручивающейся спирали. Но Джейми с Иэном чуть не столкнулись лбами, склонившись над моей протянутой ладонью, отнюдь не из-за рисунка. Царапины на гладкой поверхности ярко мерцали зелеными, красными и оранжевыми бликами.
— Что это? — с трепетом выдохнул Иэн.
— Опал, — ответил Джейми, — причем огромный.
Он ткнул в камень длинным указательным пальцем, словно желая удостовериться, что опал настоящий.
Джейми задумчиво потер затылок и посмотрел на меня.
— Говорят, опалы приносят несчастье, саксоночка.
Я думала, он шутит, но он и в самом деле выглядел озабоченным. Хотя Джейми много путешествовал и был хорошо образован, тем не менее он родился в горах и впитал все шотландские суеверия, хотя и нечасто это показывал.
Забавно, подумала я. Провела ночь в компании с духом — и осуждаю суеверия!
— Ерунда, — заявила я с показной уверенностью. — Самый обыкновенный опал.
— Почему же они несчастливые, дядя Джейми? — возразил Иэн. — У моей мамы есть кольцо с опалом, которое досталось ей от ее матери. И никаких несчастий оно не приносит.
Парнишка с трепетом дотронулся до камня.
— Мама говорила, что опал принимает часть души владельца, так что если раньше он принадлежал хорошему человеку, то все в порядке, никакой беды не случится, а если нет… — Он пожал плечами.
— Ах, вот как, — сухо процедил Джейми и кивнул на череп. — Если опал принадлежал тому парню, то не похоже, что он принес ему удачу.
— По крайней мере, мы знаем, что убили его не из-за камня, — заметила я.
— Может, они решили, что камень несчастливый, и не захотели его брать, — предположил Иэн. Нахмурившись, он смотрел на камень. — Не отнести ли его обратно, а, тетя?
Я потерла нос и посмотрела на Джейми.
— Наверное, он дорогой…
— Ох.
Оба задумались — здравый смысл боролся с суеверием.
— Ладно, — в конце концов произнес Джейми. — Подержим его пока у себя, надеюсь, это не сильно нам повредит. — Он ухмыльнулся. — Давай-ка камень мне, саксоночка. Если по пути меня поразит молния, отнесешь его назад.
Меня пошатывало, но я все же сумела встать. Джейми положил камень себе в сумку.
