— Может, вы будете столь любезны сказать мне, где мой сын?
Иэн сделал глубокий вдох, очевидно, поручая себя милости господней.
— В выгребной яме. У нас есть веревка, дядя Джейми?
С быстротой, достойной восхищения, не расходуя понапрасну лишних слов и движений, Джейми в два прыжка выскочил из дома. Лорд Джон поспешил за ним.
— Он что там, один со змеей? — охнула я, хватая корзину с бельем, чтобы скрутить жгут.
— Ну, тетя, — укорил меня Иэн, — неужели ты думаешь, я бы оставил его, будь там змея? Лучше пойду помогу.
И он тут же исчез.
Я помчалась за ними. Лорд Джон и Джейми стояли плечом к плечу в дверях уборной, взволнованно переговариваясь. Я приподнялась на цыпочки и заглянула через плечо лорда Джона — из дырки в полу на несколько дюймов вверх торчала обломанная ветка орешника.
Я задержала дыхание. Из-за падения лорда Элсмира наружу выплеснулось столько нечистот, что дух в уборной стоял просто невыносимый.
— Он цел, — подбодрил меня Джейми, повернув голову, и снял моток веревки с плеча.
— Слава богу, — вздохнула я. — Так где же змея?
— Туда уползла, — Иэн махнул рукой в ту сторону, откуда я пришла. — Мальчишка выстрелил и, видимо, промахнулся, я ткнул в змею веткой, а мерзкая тварь развернулась и поползла по ней прямо на меня! Я перепугался, завопил, выпустил ветку и толкнул парня, так все и вышло… — сбивчиво закончил он.
Избегая смотреть на Джейми, Иэн наклонился к дыре и крикнул:
— Эй, я рад, что ты не свернул себе шею!
Джейми одарил его взглядом, говорящим, что если кому и стоит свернуть шею, то… однако воздержался от замечаний в целях скорейшего извлечения Уильяма из выгребной ямы.
Операция прошла без осложнений, и горе-стрелок выбрался наружу, вскарабкавшись по веревке, словно гусеница по нитке.
К счастью, яма была полной, поэтому он не ушибся. По случайности девятый граф Элсмир свалился туда лицом вниз. Лорд Джон стоял молча, упершись руками в бока и разглядывая изгвазданного мальчишку. Затем он прикрыл рот рукой, пытаясь то ли скрыть усмешку, то ли спастись от ужасного запаха.
И тут плечи у него задрожали.
— Что нового в подземном царстве, Персефона?
С измазанной физиономии на лорда Джона мрачно уставилась пара голубых глаз. Чисто фрейзеровское выражение. Я испытала приступ дурноты. Рядом передернулся Иэн. Он посмотрел на графа, на Джейми, снова на графа, затем поймал мой взгляд, и вся краска схлынула у него с лица.
Джейми произнес что-то на греческом, лорд Джон откликнулся на том же языке, и оба расхохотались как ненормальные. Стараясь не глядеть на Иэна, я отвела глаза в сторону Джейми. Все еще подрагивая от смеха, он счел нужным меня просветить:
— Эпихарм. Ученики дельфийского оракула, окончив обучение, бросали в яму мертвую змею, а затем бродили вокруг, пока она разлагалась, вдыхая запах смердящего тела.
Лорд Джон продекламировал, сопровождая слова пафосным жестом:
— Дух небесам, тело земле.
Уильям шумно выдохнул, совсем как Джейми, когда пытался сохранить самообладание. Иэн резко дернулся.
— Не пришло ли к тебе духовное прозрение после столь м-мистического опыта, Уильям? — поинтересовался лорд Джон, сделав слабую попытку взять себя в руки. Они с Джейми снова прыснули со смеху. Очевидно, их хохот являлся скорее разрядкой после нервного напряжения, нежели следствием неумеренного потребления бренди или излишней веселости.
Его светлость, сверкая глазами, сорвал с себя шейный платок и швырнул его на пол. Теперь, не в силах сдерживаться, захихикал Иэн. У меня у самой живот подрагивал от сдавленного смеха, зато шея Уильяма приобрела оттенок спелого помидора там, где не была заляпана грязью, а мне было прекрасно известно: это значит, что Фрейзеры на грани. Пора прервать веселье.
— Хм-хм, господа, — обратилась я к присутствующим, — вы позволите? Я не сильна в греческой философии, но одну вещь все же запомнила.
Я дала Уильяму кувшин и мыло, которые захватила с собой вместо жгута.
— Пиндар, — провозгласила я. — Лучшее на земле — вода.
С перепачканной рожицы на меня взглянули с благодарностью детские глаза. Его светлость церемонно поклонился мне, затем, скользнув по Иэну презрительным взглядом, неторопливо побрел по траве к ручью. С него текло. Кажется, он потерял в яме туфли.
— Вот чертенок! — угрюмо вздохнул Иэн. — Еще долго благоухать будет.
— Вне всякого сомнения, — заметил лорд Джон. Губы у него слегка подрагивали, но острый приступ любви к греческой поэзии прошел, уступив место заботам. — Ты, случайно, не знаешь, где мой пистолет? Тот самый, из которого стрелял Уильям до сего прискорбного происшествия?
— Ох, — смутился Иэн. — Я… Ну… Боюсь, что…
— Ясно. — Лорд Джон поскреб аккуратно выбритый подбородок.
Джейми пригвоздил Иэна к месту долгим взглядом.
— Ох, — вздохнул тот, отступая на два шага назад.
— Доставай, — непреклонно потребовал Джейми.
— Но… — попытался возразить Иэн.
— Немедленно, — прервал его Джейми и пнул мокрую веревку, лежащую на земле.
Иэн судорожно сглотнул и посмотрел на меня, словно кролик, угодивший в капкан.
— Сперва разденься, — заботливо посоветовала я. — Ты же не хочешь, чтобы нам пришлось сжечь всю одежду?
