Кое-кто — хотя далеко не все — согласились принять крещение. Среди них был и сам вождь, так что Александр оказался под его защитой. К несчастью, старейшины племени его невзлюбили, и между крещеными и некрещеными возникла смута.
Облизнув пересохшие губы, священник отпил воды из кувшина.
— А потом, — глубоко вздохнув, продолжил он, — я впал в новый грех.
Он влюбился в одну из крещеных индианок.
— А у вас были женщины… прежде? — смутившись, пробормотал Роджер.
— Нет, никогда. — Александр горько рассмеялся. — Я-то был уверен, что в жизни не поддамся такому искушению. Увы, человек слаб перед уловками Сатаны.
Он прожил с девушкой несколько месяцев, а однажды утром подошел к ручью, чтобы умыться, и увидел свое отражение.
— Вода вдруг пошла рябью и всколыхнулась. И вместо лица моего разверзлась огромная пасть.
Это всего лишь форель выпрыгнула за стрекозой, но глубоко потрясенный священник принял сие за знак Господа: душу его готов поглотить ад. Он вернулся в дом, собрал вещи и обустроил себе скромное жилище за пределами деревни. Однако вскоре выяснилось, что его подруга беременна…
— Поэтому вас и привезли сюда? — спросил Роджер.
— Нет, не совсем. Индейцы иначе смотрят на брак, — пояснил Александр. — Женщина выбирает себе мужчину и нарекает его своим мужем. А потом, если им надоедает, она просто выгоняет его из своего дома или уходит сама. Дети, сколько бы их ни было, остаются с матерью.
— Но тогда…
— Беда в том, что я отказывался крестить детей, если не были крещены оба родителя. Вы же понимаете, это очень важно, чтобы дитя воспитывалось в истинной вере. А то индейцы зачастую считают, что крещение — это простой обряд вроде их языческих ритуалов.
Александр вздохнул.
— И, конечно же, этого ребенка я крестить не мог. Мой отказ обидел и даже ужаснул Кеньяниситьяго, и тот велел подвергнуть меня пыткам. Моя… та девушка вступилась за меня, ее поддержали мать и кое-кто из воинов.
Страсти в деревне накалились до предела, и старейшины решили отвезти отца Александра в Оньякерената, где беспристрастный совет решит, как вернуть утраченный мир и покой.
Роджер почесал бороду — та изрядно завшивела. Возможно, неприязнь индейцев к волосатым европейцам была в чем-то оправдана.
— Боюсь, я не совсем понял… — осторожно начал он. — Вы не стали крестить вашего ребенка, потому что его мать не была ревностной христианской?
— Нет, конечно же! — удивился Александр. — Она с каждым днем укреплялась в своей вере… хотя, Господь свидетель, у нее был повод усомниться. Нет, я не мог крестить ребенка, потому что веры лишился его отец.
Роджер наморщил лоб, стараясь не выдать своего изумления.
— О. А почему тогда вы решили исповедаться? Чтобы вновь уверовать и…
Легким движением руки священник его прервал. Он тихо сидел, опустив тонкие плечи. Похоже, Александр разбередил рану, потому что подсохшая корка треснула и из-под нее сочилась густая кровь.
— Извините… Не стоило вас просить, просто я был очень рад, что вы говорите на моем родном языке, и не удержался от соблазна облегчить душу. Однако это нехорошо, все равно мне нечем искупить грехи…
Отчаяние его было столь очевидно, что Роджер положил руку ему на плечо, пытаясь хоть как-то успокоить.
— Вы уверены? Вы сами сказали, что в случае острой нужды…
Александр взял Роджера за руку, словно пытаясь зачерпнуть у него хоть немного сил, поднял голову и посмотрел ему в глаза. Косые лучи восходящего солнца лились в дымовое отверстие. Дыхание клубами белого пара взлетало под крышу.
— Даже если я исповедуюсь, мне не получить прощения. Отпущение грехов можно заслужить лишь истинным покаянием. До́лжно отринуть грехи. А я этого сделать не могу.
Роджер не знал, надо ли ему как-то ответить… Настоящий священник произнес бы что-нибудь вроде «Продолжай, сын мой». Однако Роджер не был священником, поэтому просто ободряюще стиснул пальцы Александра.
— Грех мой в том, что я любил ее, — чуть слышно сказал тот. — И все еще люблю.
— Два Копья согласен. Нужно изложить нашу просьбу совету, и там примут окончательное решение. Думаю, проблем не возникнет.
Джейми устало привалился спиной к сосне. В деревне могавков мы провели уже неделю, большую часть которой он с Иэном потратил на переговоры с вождем и шаманом. Виделись мы мельком, я почти все время проводила с женщинами, которые держались хоть и вежливо, но довольно холодно.
— Роджер все-таки у них?
— Насчет этого старый мошенник так и ничего и не сказал — видимо, боится, что мы просто-напросто выкрадем парня. Впрочем, думаю, он где-то тут. Если совет одобрит сделку, дня через три мы выменяем Маккензи на виски. — Джейми взглянул на серые тучи, укрывавшие дальние горы. — Господи, надеюсь, это дождь собирается, а не снег…
— А если совет будет против?
Джейми вздохнул и запустил руку в волосы. Они растрепались и теперь сосульками свисали на плечи — похоже, переговоры были не из легких.
