Пару дней назад Клэр подстригла бороду хирургическими ножницами, однако Роджер был слишком слаб, чтобы бриться той острой штукой, которую не без причины именовали «опасной».
— Спасибо.
Фрейзер захватил и небольшое зеркало, и даже горшочек с мыльной пеной. Какой предусмотрительный… Роджер предпочел, чтобы тот вышел, а не подпирал стену, пристально наблюдая за каждым движением, однако обстоятельства не располагали к подобного рода просьбам.
Впрочем, он быстро забыл о нежеланном свидетеле, потому что бритье подарило невыразимое блаженство. Под бородой кожа адски чесалась, а еще он уже много месяцев не видел собственного лица.
— Как продвигается работа? — попытался завязать он светскую беседу, пока водил лезвием по щеке. — Я слышал, утром вы стучали молотком.
— О, полным ходом. — Фрейзер не сводил с него оценивающего взгляда. — Я настелил полы и почти доделал крышу. Думаю, сегодня мы с Клэр переберемся.
— А. — Роджер запрокинул голову, чтобы заняться шеей. — Клэр сказала, мне можно ходить, так что говорите, чем надо помочь.
— С инструментами обращаться умеешь?
— Дома строить не приходилось, — признался Роджер. — Школьный скворечник, скорее всего, не в счет.
— Про плуг и поросящуюся свиноматку, наверное, и спрашивать не стоит?
В глазах Фрейзера плескалось веселье.
Задрав подбородок, Роджер снял с шеи последний мазок пены. Он уже и сам об этом думал. От его умений историка и барда впрямь мало толку на ферме восемнадцатого века.
— Верно. А еще я не умею доить коров, возводить очаг, класть черепицу, пасти лошадей, сражаться с медведями, разделывать оленей или фехтовать.
— Да неужели?! — притворно поразился Фрейзер.
Роджер вытер лицо полотенцем, после чего взглянул на тестя.
— Да. Все, чем могу похвастать, — это крепкие кулаки.
— Лучше бы я не спрашивал, верно? — Фрейзер криво усмехнулся. — Один конец лопаты от другого отличить сможешь?
— Думаю, разберусь.
— Вот и славно. Надо перекопать огород, переворошить ячмень на винокурне, а еще в конюшне давно ждет большущая куча навоза. А потом я покажу, как доить корову.
— Спасибо.
Роджер вытер бритву, вложил в футляр и протянул Фрейзеру.
— Мы с Клэр хотим вечером навестить Фергуса, — словно между делом обронил тот. — И малышку Лиззи возьмем, чтобы помогла Марсали по хозяйству.
— Да? Ну что ж… Желаю приятно провести время.
— Благодарю. — В дверях Фрейзер замер. — Брианна, скорее всего, с нами не пойдет. Малыш вроде бы успокоился, но она боится, что дальняя прогулка его опять растревожит.
Роджер заглянул ему прямо в глаза.
— Правда? Значит, они останутся одни? Хорошо, я за ними присмотрю.
— Да уж не сомневаюсь, — приподнял тот рыжую бровь, после чего вытянул руку и уронил что-то в пустой оловянный таз. На дне его свернула красная искорка. — Не забывай, что я сказал, Маккензи, — моей дочери не нужен трус.
Роджер не успел ничего ответить, потому что Фрейзер пронзил его синим яростным взглядом.
— Из-за тебя я потерял родственника, причем славного парня. Уж поверь, это веский повод тебя не любить… Хотя, возможно, тебе пришлось заплатить не меньше. Я бы решил, что мы квиты… или нет — как скажешь.
Пораженный до глубины души Роджер кивнул, потом все-таки обрел дар речи:
— Да, квиты.
Фрейзер исчез так же неслышно, как и появился, оставив Роджера бездумно пялиться на опустевший дверной проем.
Роджер поднял щеколду и толкнул дверь. Заперто. Вот вам и разбудил Спящую Красавицу поцелуем!.. Он занес было кулак, но вовремя спохватился. Нет, не ту героиню он себе представил. У Спящей Красавицы не спал в постели вспыльчивый гномик, готовый разораться при малейшем шуме.
Он обогнул хижину, проверяя окна и невольно вспоминая гномов по именам. Ворчун, Чихун, Скромник… Интересно, как бы назвали этого — Вонючка или Крикун?
Оленьи шкуры были плотно натянуты на окна. Роджер, конечно, мог сорвать любую из них и забраться внутрь, но ему не хотелось неожиданным вторжением перепугать Бри до полусмерти.
Наверное, стоит вернуться к себе и отложить разговор до утра. Все лучше, чем поднимать ее с постели, а заодно разбудить ребенка. Можно попросить Клэр посидеть немного с маленьким уб… сорванцом, а они с Брианной уйдут куда-нибудь в лес и спокойно, наедине, поговорят. Точно. Так он и поступит.
Прошло десять минут. За это время Роджер еще дважды обошел вокруг хижины и теперь стоял напротив задней стены, глядя на сочащийся из-под шкуры свет.
— Да кем ты, черт возьми, себя вообразил?.. — прошипел он. — Долбаным мотыльком?
Тихий скрип уберег его от ответа. Роджер успел обежать дом вовремя, чтобы увидеть белую фигуру, плывущую в сторону уборной.
— Брианна?
Та с легким испуганным вскриком обернулась, прижимая к сердцу руку.
— Это я.
— Ты чего так подкрадываешься?! — тихо рявкнула она.
— Хотел поговорить.
Она не ответила, лишь развернулась и продолжила путь.
— Я сказал, что хочу поговорить! — повторил он уже громче ей в спину.
— А я хочу в туалет. Уходи!
Брианна решительно хлопнула дверью уборной.
Он отошел немного, дождавшись ее возвращения. Брианна замедлила шаг, но обойти Роджера можно было лишь по высокой мокрой траве.
— Тебе нельзя натруждать ногу.
