Я стряхнула крошки угля с платья — на декольте остались черные полосы — и последовала за Джейми в небольшую толпу рабов, горячо обсуждавших что-то на дикой смеси гэльского, английского и каких-то африканских языков.
Иэна мы обнаружили с одним из энсинов. Они с интересом вглядывались в темнеющую дыру, которая образовалась на месте холма.
— Подобное часто случается, как я понимаю, — говорил моряк, когда мы подошли. — Впрочем, раньше я с таким не сталкивался… взрыв удивительной силы, не так ли?
— Что часто случается? — спросила я, выглядывая из-за спины Иэна.
В яме я рассмотрела почерневшие поленья, которые разметало силой удара.
— Смола взорвалась, — объяснил мне энсин, невысокий и розовощекий, примерно одного возраста с Иэном. — Видите ли, мэм, под огромным котлом смолы разводят костер. Потом закрывают все землей и дерном, чтобы сохранить жар, но оставляют щели для воздуха, иначе огонь потухнет. Смола выкипает и течет по деревянным желобам в бочку… видите? — Он указал на расколотый желоб, который висел над остатками разнесенного вдребезги бочонка. В воздухе стояла вонь горелого дерева и густой смолы, так что я пыталась дышать лишь ртом.
— Сложность в том, как поддерживать необходимый приток воздуха, — продолжил малыш-энсин, явно гордясь знаниями. — Слишком мало — и огонь потухнет. Слишком много — и он так разгорится, что воспламенит пары смолы, и все взорвется. Вот так, мэм. — Он с важным видом указал на ближайшее дерево. Силы удара хватило, чтобы кусок дерна попросту обернулся вокруг ствола, словно мохнатый желтый лишайник.
— Все зависит от правильной регулировки. — Энсин привстал на цыпочки, с любопытством оглядываясь. — А где же раб, который должен следить за огнем? Искренне надеюсь, беднягу не убило.
Я внимательно всматривалась в толпу, ища раненых, однако, кажется, все избежали травм… на этот раз.
— Тетушка! — воскликнул Джейми, вдруг вспомнив об Иокасте.
Он рывком обернулся к навесам, но тут же выдохнул. Иокаста, отчетливо заметная в зеленом платье, неподвижно стояла у стены.
Оцепеневшая от ярости — поняли мы, когда к ней добрались. Об Иокасте все позабыли в суматохе, поэтому она, слепая и беспомощная, не могла и пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы что-то предпринять. Ей оставалось лишь прислушиваться к шуму.
Я тут же вспомнила слова Джоша о характере Иокасты. Впрочем, она была слишком воспитанной, чтобы бушевать и сыпать ругательствами в обществе, как бы она ни злилась. Джош принялся бесконечно извиняться на богатом абердинском диалекте, что его не оказалось рядом. Иокаста нетерпеливо отмахнулась.
— Придержи язык, парень. Ты выполнял приказ. — Она помотала головой из стороны в сторону, будто пыталась увидеть что-то сквозь повязку на глазах. — Фаркуард, где вы?
Мистер Кэмпбелл шагнул ближе и положил ее руку себе на локоть.
— Ущерба мало, дорогая, — успокоил он Иокасту. — Никто не ранен, а лишились мы одного бочонка смолы.
— Хорошо, — слегка расслабилась Иокаста. — Где Бирнс? Я не слышу его голос.
— Надсмотрщик? — Лейтенант Вульф стер пятна сажи с потного лица большим платком. — Я и сам хотел бы знать. Сегодня утром нас никто здесь не встретил. К счастью, вскоре прибыл мистер Кэмпбелл.
Фаркуард Кэмпбелл издал тихий неопределенный звук: мол, совсем он ни при чем.
— Полагаю, Бирнс на лесопилке. Кто-то из рабов упоминал, там что-то стряслось с пилой. Бирнс отправился проверить, не сомневаюсь.
Вульф надулся, будто считал сломанную пилу отнюдь не поводом не встретить его как положено. Судя по сжавшимся в тоненькую линию губам Иокасты, она думала так же.
Джейми кашлянул и вытащил из моих волос травинку.
— Тетушка, я где-то тут видел корзину с обедом. Может, угостите лейтенанта, пока я все улажу?
Он попал в точку. Губы Иокасты разжались, а Вульф заметно повеселел при упоминании еды.
— Твоя правда, племянник. — Иокаста выпрямилась, вернув прежнее самообладание, и кивнула на голос Вульфа. — Лейтенант, не будете ли вы столь любезны присоединиться?
За обедом я выяснила, что лейтенант приезжал на место выработки терпентина раз в три месяца и подписывал некий контракт на поставку флоту определенных запасов. В обязанности лейтенанта входило составлять похожие договоры с владельцами плантаций от Кросс-Крика до границ с Вирджиней, и Вульф не скрывал, которую часть колонии он предпочитает.
— Только в одной области я признаю превосходство шотландцев, — напыщенно заявил он, отхлебнув уже из третьей кружки виски, — а именно — в производстве спиртного.
Фаркуард Кэмпбелл сделал очередной глоточек и сухо улыбнулся. Иокаста сидела с ним рядом на шаткой скамеечке. Пальцы женщины, чуткие, как сейсмограф, невесомо покоились на его руке.
Вульф безуспешно попытался подавить отрыжку и повернулся ко мне, очевидно, решив каким-то чудом очаровать.
— В остальном, — продолжил он, доверительно наклоняясь, — они одновременно и ленивы, и упрямы. А эти черты делают их неспособными…
