— Надсмотрщик из Бирнса хороший, вот только боюсь, у них на пару с лейтенантом есть одна слабость. Я первым делом послал за ним на лесопилку, но раб вернулся и доложил, что Бирнс без чувств лежит у себя, от него несет спиртным, и его никак не добудишься.
Иокаста снова не по-дамски фыркнула, и Кэмбелл с нежностью на нее посмотрел.
— Ваша тетушка вполне способна управлять делами поместья, а Улисс помогает ей с документацией. Однако, как вы уже убедились, — он сдержанно указал на таз с водой, которая теперь напоминала чернила, — есть и иные стороны.
— Именно это и доказывал мне лейтенант Вульф. — Иокаста сжала губы, вспоминая. — Что я не смогу управлять землями в одиночку, ведь я не просто женщина, а еще и слепая. Я не смогу, говорил он, рассчитывать на Бирнса, ведь я не способна отправиться на лесопилку и проверить, чем он там занимается. Или не занимается. — Иокаста стиснула зубы.
— В его словах есть доля истины, — с сожалением добавил Кэмпбелл. — Как у нас говорят, счастлив тот, у кого есть достаточно взрослый сын, чтобы на него положиться. Когда дело касается денег или рабов, доверять можно лишь близким родственникам.
Я глубоко вздохнула и глянула на кивнувшего Джейми. Наконец мы дошли до главного.
— И тут, — сказала я, — вступает Джейми. Так?
Иокаста уже договорилась, что с лейтенантом будет разбираться Фаркуард Кэмпбелл, причем Бирнса следует отправить подальше, чтобы он опять не напортачил с бумагами. А когда так удачно подвернулись мы, у Иокасты созрел куда лучший план.
— Я отправила весточку Фаркуарду, чтобы он сообщил Вульфу о прибытии моего племянника, который возьмет на себя управление поместьем. Поэтому лейтенант действовал осмотрительнее, — объяснила она. — Он не осмелился бы давить на меня в присутствии заинтересованного родственника.
— Ясно. — Джейми слегка развеселился. — То есть лейтенант решил, что я отбираю у него возможность удобно здесь устроиться. Не удивительно, что он с ходу проникся ко мне антипатией. А я-то думал, он просто ненавидит всех шотландцев.
— Полагаю, так оно и есть… теперь. — Кэмпбелл тщательно промокнул губы платком.
Иокаста потянулась через стол, и Джейми по наитию протянул ей руку.
— Ты меня простишь, Джейми? — Сжав его ладонь, Иокаста как бы заглянула племяннику в лицо. И не скажешь, что слепая — такая мольба застыла в прекрасных синих глазах. — Я ничего о тебе не знала, понимаешь? И не могла рисковать. Вдруг ты отказался бы участвовать в обмане, объясни я заранее? Прошу, скажи, что не держишь на меня зла, Джейми, хотя бы ради памяти о милой Эллен.
Джейми мягко сжал ее пальцы, заверяя, что ничуть не сердится. Что он и в самом деле рад, что пригодился тетушке и та может всегда на него рассчитывать.
Мистер Кэмпбелл, просияв, позвонил колокольчиком. Улисс внес бутыль особого виски и поднос с хрустальными бокалами, а также блюдом с острыми закусками. Мы все выпили за посрамление британского флота.
А я все вглядывалась в красивое лицо, выразительное, несмотря на слепоту, вспоминая, как Джейми однажды кратко описал мне свою семью:
«Фрейзеры — упертые и крепкие, как скалы. А Маккензи очаровательные, как жаворонки в поле… и в то же время хитрые, как лисы».
— Ну и где ты был? — поинтересовался Джейми, окинув Фергуса с головы до ног внимательным взглядом. — Не думал, что у тебя были деньги на то, чем ты, кажется, занимался.
Фергус пригладил растрепавшиеся волосы и сел, преисполненный оскорбленного достоинства.
— Встретил в городе парочку французов, торговцев мехами. Они почти не говорят по-английски, а я-то бегло умею, так что не мог не помочь им в делах. Они любезно пригласили меня разделить с ними ужин на постоялом дворе… — Он приподнял плечо, чисто французским жестом показывая, что обсуждать тут больше нечего, и потянулся за пазуху. — Пришло в Кросс-Крик на ваше имя. — Фергус протянул Джейми конверт. — Почтмейстер попросил захватить с собой.
Конверт был толстым, с раскрошившейся сургучной печатью, и выглядел он, в общем, немногим лучше самого Фергуса. Джейми просиял, но открыл конверт с некой опаской. Выпало три письма. В одном я узнала почерк Дженни. Остальные явно написал кто-то другой.
Джейми осторожно взял сестрино, словно оно вот-вот взорвется, и положил его на стол, возле вазы с фруктами.
— Начну-ка я с письма Иэна, — пояснил он с усмешкой. — Вряд ли я пойму, что мне хочет сказать Дженни, без стакана виски под рукой.
Он сковырнул печать кончиком серебряного ножа для фруктов и просмотрел первый лист.
— Интересно, он… — и Джейми умолк, принявшись за чтение.
Поднявшись, я пристроилась за спинкой кресла и с любопытством заглянула через плечо Джейми. Почерк у Иэна Мюррея был крупный, отчетливый и легко читался даже с расстояния.
