– И все-таки мы сами сходим и посмотрим, господин лейтенант, – настоял на своем Силва. – А вдруг тут есть что-нибудь такое экзотическое, что мы никогда и не пробовали. Идем, Тан.
Танкисты направились к автоматам, и сзади донесся до них голос Бебешко:
– От экзонтического может так пронести, что и не отмоешься! Только «Арсенальное», только победа!
Пивные автоматы предлагали такой богатый выбор, что у Дария и Тангейзера просто глаза разбегались. И главное – тут не было знакомых названий. Побродив вдоль этого впечатляющего ряда, танкисты все-таки определились с тем, что они будут пить. Дарий рискнул подставить белую керамическую кружку под струю светлого пива «Нуржанар» – определенную роль тут сыграла непонятность и звучность названия. А Тангейзер, чтобы не повторяться, предпочел «Рифей» – прозрачно-желтое пиво с пузырьками и специфическим приятным запахом. Ни орешков, ни прочей ерунды они решили не брать – это чай можно хлебать с бутербродами, а незнакомое пиво нужно вкушать без добавок, чтобы прочувствовать всю его прелесть. Или, напротив, его отвратность. Хотя любое пиво, конечно же, не могло быть отвратным по определению. У автоматов не возникло никаких претензий к вирткартам танкистов, и Дарий с Тангейзером с кружками в руках вернулись к бывшим коллегам.
– Не «Арсенальное»? – скривился Тамерлан Бебешко, когда они поставили пиво на стол. – Деньги потрачены зря!
– Каждому свое, – изрек Силва, усаживаясь напротив взводного. Он даже не подозревал, что еще очень и очень давно такие же слова говорили древние греки. А Бенедикта Спинозы, который мог бы просветить его на этот счет, рядом не было.
– Ну что, бойцы? – Бебешко поднял и взболтнул свою кружку. – Рад вас видеть лично и непосредственно! Можно было бы и чего-нибудь покрепче по такому случаю, но в этом шалмане только пиво в наличии. Ничего, потом догоним и перегоним. Вы что, теперь здесь обосновались, на этой Ла… е-е… бее? – последнее слово далось ему с трудом, и было непонятно, специально ли он искажает название планеты, или искренне считает, что она зовется именно так. – А я тогда еще чувствовал, что будет из вас толк, парни! Потому и вверил вам новый танк. И, вижу, хорошо поднялись, к генералам подтягиваетесь. – Он еще раз мотнул кружкой и сделал длинный глоток.
– Мы тут проездом, – пояснил Дарий и попробовал, что это за «Нуржанар». Пиво оказалось очень приличным. – Дислоцируемся на Флоризее, а сейчас работаем на Академию наук.
Произнес он это не без гордости, и Тангейзер, тоже отведавший свой «Рифей», важно кивнул в подтверждение слов командира. Гик Бундер поперхнулся пивом и натужно закашлялся, приставив ко рту кулак, а Тамерлан Бебешко округлил глаза:
– Вот даже таким вот образом? Уважаю! – Он задумчиво покачал кружку в руке и с нажимом повторил: – Ув-важаю!
Бундер все еще кашлял, и лицо его побагровело. Видно было, что он совсем не рад успехам тех, кто вместе с ним год назад отбывал срок на Пятой Точке. А Бебешко поставил кружку, чтобы освободить палец. Воздел его к потолку и проникновенно, растягивая слова, произнес, обводя танкистов умиленным взглядом:
– А я верил! Верил! Воспитывал, пестовал, подтягивал, наставлял! Всеми, понимаешь, дифирамбами души чувствовал: эти парни себя еще покажут! И вот – дожил! С академиками работу ведут, науку вперед продвигают! На новые, не побоюсь этого слова, рубежи, на новые, не побоюсь этого слова, высоты! И вот смотри, боец, – перевел он слегка плавающий взгляд на Гика Бундера. Тот уже перестал кашлять, но кулак ото рта не отнимал, словно сдерживал ругательства. – Ты, как положено, без звания, ну это понятно… Но я! Я по-прежнему лейтенант, а эти герои вон докуда уже дослужились! И сами уже соответственно без пяти метров академики! Слепил я из них, слепил! Можно сказать, изваял и отфромантировал!
– Ну, до академиков нам далеко, – скромно заметил Дарий. – Наша задача – обеспечивать техническую и, если нужно, боевую поддержку. Силами Спинозы. Надо сказать, Спиноза – это вещь! То есть даже и не вещь… В общем, что-то уникальное.
– А кто его вырвал для нашей заставы? – громогласно вопросил взводный. – Лично лейтенант Бебешко его вырвал! Непосредственно! Выгрыз, выцарапал, выбил! И сколько здоровья мне это стоило, вы даже и не представляете… Тут материала на многосерийный фильм! Сколько здоровья…
Он принялся горестно качать головой и тереть грудь, из которой, видимо, это самое здоровье и ушло. Танкисты прекрасно помнили тот годичной с лишним давности разговор на пути от заброшенного карьера к погранзаставе, но не стали возражать расчувствовавшемуся лейтенанту. В конце концов, работать на Спинозе… работать со Спинозой он поручил именно им, а не кому-то другому. Что и привело их к избавлению от отбывания срока на Пятой Точке.
– Да, без Спинозы мы бы точно с заданием не справились, – подключился к разговору Тангейзер Диони. – На «трицере» там делать было бы нечего.
– Кстати, а он здесь? – осведомился Бебешко. – Я бы его пивом напоил.
– Нет, он вместе с учеными улетел на Землю, – ответил Дарий. – В Академию. И мы потом тоже туда отправимся.
