Его надежды подкрепил сильный удар в дверь. Которая выдержала этот удар. Шаги стали удаляться.
— Эй, я здесь! — закричал обеспокоенный Эрик.
Шаги вернулись, заскрипел замок. Юноша напрягся, силясь открыть опухшие глаза. Дверь наконец отворилась.
Эрик тяжело вздохнул. В тюремную комнату зашёл янычар, за ним юноша увидел ещё одного с саблей наголо. Турки! Всё было кончено. Пришло время умереть. Сердце отчаянно забилось.
— Ты не узнаешь меня? — спросил вошедший янычар.
Эрик, с удивлением, рассматривал янычара слезящимися глазами. Он не мог понять кто это. У него никогда не было знакомых янычар. Или память подводит его.
— Нет, — промямлил юноша, ощутив языком осколки зубов, торчащих из дёсен.
— Меня зовут Странник.
Странник, где он слышал это имя. Не может быть! Это же агент из группы Шмеля. Он спасен! А как же остальные?
— Странник, да помню. А как остальные?
— Шмель в данный момент пошёл за девушкой.
— За Феей?
— Да.
— А Конан, Монах и ребята?
— Конан и Монах мертвы, — покачал головой Странник, — нам нужно идти, времени мало, на улицах бой, ты в состоянии идти сам?
Эрик оглушено поднялся и кивнул. Всё напрасно. Он понял, что именно их необдуманный поступок спасти Монаха привёл к гибели Конана. И не понятно, что ещё с Феей.
Они вышли из тюрьмы. Недалеко от входа в дорожной пыли лежало тело огромного грека. Когда они проходили мимо, Эрик увидел, что голова тюремщика разрублена саблей. Несмотря, на побои, смерть грека ужаснула юношу. Он шумно сглотнул комок, подступивший к горлу.
— Это не мы, — сказал Странник, подумав о чём-то своём. Мы бы ограничились слипером.
Эрик в сопровождении двух переодетых янычарами агентов, пошёл дальше. Он оглянулся. На улице то тут, то там разноцветными пятнами валялись трупы. От куда-то разносились истошные крики, на горизонте дымными столбами разрастался пожар.
Вот она, цена власти, которую готовы платить кровожадные правители, чтобы потешить своё эго, — подумал Эрик и споткнулся о тело.
Вид мертвой обнаженной женщины, с раскинутыми в сторону ногами снова натолкнул его на мысли о Фее.
На перекрестке их обстреляли греки. Выстрелов было всего два, но им пришлось свернуть. Странник выругался. Теперь до норы придётся обойти целый квартал. Но это лучше, чем угодить в засаду. Они свернули и пошли в другую сторону.
На глазах юноши в один из домов, предварительно выбив дверь, ворвался пяток янычаров. Из дома послышались крики. Из окна второго этажа вдруг выпрыгнул мальчик лет десяти. Он неудачно приземлился и вывихнул ногу. Но тут же вскочил и заковылял прочь.
Эрик непроизвольно метнулся на помощь, но рука Странника, мгновенно опустившаяся на плечо, остановила его. Из дверей дома выскочил турок с обнаженной саблей. Он посмотрел вслед удаляющемуся мальчишке, бросил скользящий взгляд по ним и, очевидно, признав за своих, вернулся в дом.
— Он, может быть, выживет, а мы здесь не за этим, — проговорил агент.
Дальнейший путь до норы прошел без происшествий. Но в последний момент возник конфликт.
— Уходим, — сказал Странник.
— Что значит уходим? — удивился Эрик.
— Уходим в Академию, — пояснил агент.
— А Фея? А Шмель? Я никуда не пойду, — истерически выкрикнул юноша, его голос сорвался на визг.
— Они сами справятся без нас, — Странник схватил Эрика за рукав.
Студент Академии взвыл от боли в сломанной руке, но выдернул рукав из пальцев Странника.
— Я никуда не пойду без них, — повторил он.
Странник вздохнул и в его руке появился слипер.
Что больше болело голова или тело было не понятно. Эрик открыл глаза, чтобы увидеть девственно белый потолок. Голова раскалывалась, последствия выстрела из слипера, вспомнил юноша. Он опустил взгляд и увидел провода, идущие от груди к аппарату возле кровати. Итак, он в больнице Академии.
— Ты очнулся? — раздался голос рядом.
Эрик повернул голову и увидел Фею. Она лежала на соседней кровати в метре от него. Её лицо, повернутое к молодому человеку, покрывали синяки и подтеки. Эрик ужаснулся виду избитой девочки.
— Отвратительно выгляжу, — бесстрастно произнесла она.
— Нет, всё нормально, — сказал Эрик. Я так рад, что ты жива.
Из глаз юноши потекли слёзы. Он вынул здоровую руку и протянул девушке. Фея опустила глаза и несколько секунд смотрела на эту руку. Затем перевела взгляд на влажные глаза Эрика. Она медленно подняла свою руку и их пальцы встретились.
— Какие же, вы глупые, мальчишки, — вздохнула она.
Вошедший минуту назад и никем не замеченный Сократ, также незаметно вышел. Он решил, что пришёл не вовремя и зайдёт позже.
— Вы нарушили всё что только можно было нарушить, — неистовствовал Молот, его дородное и обычно добродушное лицо сильно покраснело, — вы поставили себя и тех, кто вас спасал, в ситуацию со смертельным риском.
Молот перестал ходить и остановился, глядя на трех юношей, сидящих за партами.
