— Самолёт улетел, — продолжал Альберт, — а след остался. Так и в норе, Алый ушёл, но на какое-то ничтожное мгновение осталась энергия, которая была противоположна по направлению энергии приложенной для перемещения группы Эрика. В одном тоннеле встретились две противоборствующих силы. Туннель развалился. Просто перестал существовать.
— А они? — сглотнул Сократ.
— Мгновенная аннигиляция, — тихо сказал Альберт.
— И никаких шансов?
— Никаких.
— А Алый?
— Мы не знаем, — пожал плечами Альберт. Может быть тоже, а может и нет. Но мы зафиксировали, срабатывание аппарата Алого на долю секунды раньше, чем отправили к нему наших. У Алого был шанс проскочить.
— Как скажем Фее?
— Я не знаю, — опустил плечи Альберт.
Фея молчала. Она просто стояла и молчала. Одинокая слеза скатилась по её щеке. Большие глаза незряче смотрели мимо Альберта и Сократа. Потом она повернулась и покачиваясь пошла к себе. Альберт беспомощно посмотрел на Сократа.
— Фея! — пошёл за девушкой тот.
— Оставьте меня сейчас, пожалуйста, прошу вас.
Сократ остановился. Они смотрели, как уходит их подруга, не зная, что предпринять.
— Ты достал мне разрешение? — повернулся к Альберту Сократ.
— Что? Ах да, вот возьми.
Эрик протянул разрешение охраннику. Тот внимательно прочитал и кивнул. Юноша вошёл в открывшуюся дверь. Она сидела на кровати застеленной серым покрывалом. Около оголовья стояла тумбочка, напротив кровати стул. Вот и весь интерьер.
— Привет, — сказал он. Можно присесть?
Элис подняла глаза.
— Не я здесь хозяйка, — сказала девушка и замолчала.
Сократ помялся, но потом всё же сел напротив неё.
— Мне жаль.
— За что меня схватили?! Почему держат здесь? — нервно выкрикнула она.
— Ты знаешь, что это не моя воля. И ты знаешь почему ты здесь. Из-за отца.
— Да, это когда-нибудь должно было случиться, — опустила она голову. Не могло так продолжаться вечно.
— Это не я вас выдал.
— Я знаю, — тихо произнесла Элис и посмотрела на Сократа. Ты на это не способен. Что со мной будет?
— Всё зависит от того, что будет делать твой отец, — подумав, сказал юноша.
— Он мне не отец, — внезапно произнесла Элис.
— Не понял? — удивился Сократ.
— Ты слышал, — Элис смотрела мимо молодого человека. Он мне не отец.
— Но кто же тогда?
— Я его любимая. Вернее, я та, из кого потом выросла его любимая.
— Я тебя не понимаю.
— Всё ты понимаешь, — горячо возразила девушка. Настоящая Элис погибла или должна была погибнуть в лондонском пожаре. Но нет, девочке не дали умереть! Её сделали агентом Академии!
— Так ты?
— Нет, не я. Какой ты глупый. Та Элис училась в одной группе кандидатов с Алым и Монахом.
— Не может быть! — начал понимать Сократ.
— А, я вижу ты начал улавливать суть ваших игр со временем, — иронично заговорила девушка. Та, Элис героически погибла, спасая вашу Академию, спасая вместе с Алым. Но Алый очень любил свою Элис. Понимаешь?
— Он снова спас тебя из пожара?
— Да. Ректор выгнал его за это, когда узнал.
— А нам сказали, что он героически погиб.
— Но я не та Элис, понимаешь. Оказалось, что я не та Элис! Та Элис десять лет училась вместе с ним, они были сверстники. А я маленькая девочка, как дочка. Со временем он привык к этому. Вот и всё, — устало сказала девушка.
Сократ молчал, что тут скажешь.
— Поэтому я тебе и говорю, остановись пока не поздно, — продолжила Элис. Хватит играть в бога. Это никого не сделает счастливее. Или ты станешь, как Алый, как все они.
— Ты не понимаешь меня.
— Я тебя понимаю. Это ты не понимаешь, что не нужно ворошить прошлое, менять его себе в угоду. То, что случилось, то должно было случиться. Алый не получил того, что хотел от моего воскрешения. Оставь всё как есть.
— Ты фаталистка.
— Я реалистка, а вы фантазеры. Безответственные фантазеры. Алый говорит, что вы разрушаете время. Агенты Академии разрушают время!
— Как так? — встрепенулся Сократ. Академия защищает время. Агенты погибают, чтобы предотвратить изменения.
— Это не так. Отец… Алый тоже так думал, раньше. Но потом он пришёл к другому выводу. Когда у него появилась возможность взглянуть на деятельность Академии со стороны.
— И что же это за вывод?
— Что основная причина нестабильности потока, это Академия.
— Я тебя снова не понимаю.
— Вы реагируете на какое-то изменение слишком сильно и грубо. Линию времени не так просто изменить. Алый говорит, что пространственно-временной континуум сам должен устранять парадоксы. Но вы взяли на себя эту функцию. И только усугубляете проблемы. Маньяк изменил что-то, вы появились после него, чтобы всё исправить и опять изменили что-то. А уже пошла первая волна, после вас вторая, ваша встреча и действия с маньяком третья. Линии начинают колебаться, появляются новые незначительные или значительные отклонения. Вы снова реагируете, ещё больше усугубляя ситуацию. И так до бесконечности.
Сократ сидел, молча, и думал. Это всё объясняет. То, что сейчас происходит. Они наращивают количество агентов и операций, реагируя на увеличение инцидентов с маньяками. Но получается, что они сами являются причиной роста инцидентов.
