— К сожалению, времени совершенно нет…– я быстро обнял Элизабет и поцеловал в горячие губы. Эмили достался поцелуй в щеку, а служанке Линде я просто махнул на прощание и подхватил чемодан. Но Эмили неожиданно вцепилась в меня и крепко обняла.
— Все, все… мне нельзя опоздать.
— Прощай, Джей… прошептала Эмили и медленно отцепила руки. У меня сердце слегка дрогнуло. Как же за это время я прикипел к Эмили и Элизабет… Я бросил прощальный взгляд и быстро вышел в прохладную сентябрьскую ночь.
В половине второго ночи я наблюдал из глухого дворика, как сержант Хаутауэр все же вывел с территории комендатуры Разумовского. На углу старого здания Сэм расплатился с сержантом и подхватив бежавшего заключенного, повел в глухой дворик. Выглядел Разумовский болезненно. Бледный, с разбитыми губами. К тому же он согнулся и держался за ребра. Разумовский приобнял меня и пожал руку. Было видно, что его сильно избили. Мы сели в дилижанс и отъехали на набережную. Вышли с Сэмом из дилижанса и я протянул ему плотный конверт с деньгами.
— Ну что же… настало время и нам прощаться. В конверте две тысячи фунтов. Сэм, советую тебе уехать из Лондона в небольшой городок и начать новую жизнь.
— А вы теперь куда, мистер Мельбурн?
Я улыбнулся.
— Понял. Можете не говорить. Что же… прощайте, мистер Мельбурн. Я действительно скоро уеду из Лондона. Большие города вовсе не для моей натуры.
Сэм пожал руку, приоткрыл дверцу дилижанса и тихо произнес:
— Прощайте, мистер Рино!
Надо же, я уже почти позабыл как звали Разумовского по первым документам, которые он получил еще на Мадейре.
— Всего доброго, Сэм! — сквозь боль улыбнулся Разумовский. Он еще держался за ушибленные ребра.
Когда Сэм скрылся за углом, мы проехали три квартала.
— Какие у нас планы? — тихо спросил Разумовский.
— Сейчас покажу вас доктору. А через два часа выезжаем в Портсмут. Утром отправляется фрегат в Балтийское море, теперь вы майор Томас Барк, мой напарник из разведки.
— Неплохо,– усмехнулся Разумовский.– Значит теперь я снова майор…
Мой старый знакомый аптекарь Спенсер в прошлом был хорошим практикующим доктором. Я знал, что он жил один и именно к нему решил обратиться за помощью в три часа ночи. Впрочем Спенсер знал, что я всегда щедро плачу и с легкостью согласился осмотреть Разумовского. Я вкратце рассказал, что напарника избили грузчики в портовом пабе.
К счастью, у Разумовского оказались только серьезные ушибы, никаких переломов и серьезных повреждений. Хотя Спенсер предположил, что возможно утром мой приятель пару раз помочится с кровью. Если мочеиспускание будет болезненным, нужно обязательно обратиться в лечебницу. Мистер Спенсер продал нам пузырьки с бальзамом, бодягой и аптечку с лечебными порошками. Я щедро заплатил за прием и лекарства.
Вскоре подъехали к Управлению, я расплатился с наемным извозчиком и мы пересели в служебную карету.
Майор Киркланд поздоровался со мной и подозрительно взглянул на Разумовского.
— Это мой напарник, майор Барк,– произнес я.– А это майор Киркланд из Секретной службы.
Разумовский пожал майору руку. Я сразу догадался что Киркланд не знает настоящего Томаса Барка и облегченно вздохнул.
— Ну что же, в добрый путь!– улыбнулся Киркланд и покосился на распухшую губу Разумовского.– А что это у вас?
— Да так, пустяки… поверьте, эти бандиты сейчас выглядят значительно хуже…
Киркланд звонко рассмеялся и хлопнул меня по коленке:
— Точно наш человек!
Экипаж сорвался с места и быстро понесся на окраину Лондона…
Было уже за полночь. За окном почти не умолкали пушечные залпы. Полковник Плотников осторожно вошел в приемную Меншикова. С маленького дивана сразу подскочил молодой худощавый адъютант Карев.
— Слышь, какие канонады? — кивнул на окно Плотников.– А ты дрыхнешь… когда Меншиков вернется, неизвестно?
— Армия сейчас за Бахчисарай откатила…– пожал плечами адъютант.
— Англичане и французы уже взяли Балаклаву. Обстреливают город днем и ночью…
Карев печально вздохнул. Он привстал и потянулся к графину на столике. Плотников сделал быстрый шаг и наотмашь ударил адъютанта по затылку тяжелой свинчаткой. Карев упал неуклюже, ударившись виском о тяжелое бюро. Плотников присел на спину адъютанта и крепко обхватив голову, резко свернул шею до щелчка. Он привстал и приоткрыв кладовку, за ноги затащил тело адъютанта и забросал старыми бушлатами. На полу остались свежие пятна крови. Плотников быстро затер кровь полотенцем и достал из бюро ключи от кабинета Меншикова.
Ждать времени совершенно нет. Англичане отдали приказ немедленно выяснить о русском агенте Британце в Лондоне. Еще немного и англо-французская армия возьмет Севастополь. Бездарный Меншиков даже не смог удержать позиции на Альме.
Плотников осторожно вошел в кабинет. Ведь наверняка должны остаться какие-то записи… он хорошо знал, что Меньшиков был известным крючкотворцем.
Вскоре Плотникову повезло. Он случайно обнаружил под старыми донесениями черновик письма Меншикова к императору.
