— Ваше Величество,– произнес сэр Генри.– Этот человек, который укрывался под именем мистера Мельбурна, уже наверняка в России. Наши корабли пытались нагнать шпиона на Балтике, но он снова обвел всех вокруг пальца. Я уже отправил пару компрометирующих писем в Петербург, чтобы он не чувствовал себя триумфатором. Но за такую жесткую насмешку, думаю, мы можем навсегда положить конец земному существованию этого самозванца даже в России. У нас длинные руки.
— О какой насмешке вы говорите?
— В первую очередь, над молодой леди Гамильтон и ее дядей, графом Джорджем Гамильтоном…
— Не смейте даже думать о мести, сэр Генри! — нахмурилась королева.– Если я узнаю, что с этим человеком что-то случилось, вы станете моим личным врагом!
Сэр Генри слегка удивился, но все же приложил ладонь к груди и поклонился:
— Простите, моя королева!
Виктория улыбнулась:
— А он ведь всех нас очаровал. Меня, нашего Джорджа Гамильтона, красотку Элизабет и даже вас, Джеймс Генри. Как вы не смогли его раскусить?
— Если прикажете, я сегодня же подам в отставку.
— Джентльмены, постарайтесь принять этот жесткий удар судьбы как должное. Я никого не собираюсь наказывать за эту оплошность. Но это в последний раз… А сейчас можете идти, у меня еще полно на сегодня дел…
Сэр Генри еще раз поклонился и первым вышел из залы. Премьер-министр слегка замешкался.
— Кстати, граф… как ваша племянница Элизабет перенесла этот удар?
— Она еще тоскует по этому подлецу. Сегодня утром получила его прощальное письмо.
— Думаю мы скоро найдем красотке Элизабет достойного жениха. Присмотритесь к герцогу Крассу…. Насколько я знаю, он давно неровно дышит к Элизабет… Тем более раньше среди рыцарей был обычай, когда на войне погибал старший брат, младший непременно женился на его супруге.
Премьер-министр слегка поклонился и вышел из зала.
Королева сурово взглянула на супруга:
— Пожалуй,мне нужно закончить картину…
Принц-консорт обнял королеву и прошептал:
— Ты самая мудрая правительница в мире…
— Только самая мудрая?
— Не только самая мудрая, но еще и самая красивая… даже не представляю, чтобы Англия без тебя делала…
Столица встретила меня холодным осенним дождем. Над заливом низко кружились серые свинцовые тучи. Ветер будто пронизывал насквозь. Я знал, что меня будут встречать и не ошибся. Только попрощался с капитаном Добричем и командой, как на причале подошли два рослых офицера в новеньких серых шинелях.
— Андрей Никитин? — прищурился черноусый майор.
— Да.
— Прошу следовать за нами.
— Куда?
— Не задавайте лишних вопросов.
Я был уверен, что меня привезут в Министерство Обороны, но офицеры доставили меня в Канцелярию Третьего Отделения, где мне уже довелось побывать раньше, и в памяти еще остались далеко не лучшие воспоминания.
В небольшом кабинете сидел старый знакомец Кальницкий, он был уже полковником. Рядом в кресле развалился полненький мужчина с аккуратными усиками в гражданском черном фраке. Толстячок заинтересованно взглянул и дружелюбно кивнул:
— Присаживайтесь, Андрей Иванович. Устали с дорожки?
— Особо не устал. Не скажите, что с Грегори Добсоном?
Кальницкий сидел в углу и смотрел волком.
— Не волнуйтесь. С вашим приятелем все в полном порядке,– улыбнулся толстячок.– Позавчера он обстоятельно побеседовал с военным министром Долгоруковым и подтвердил готовность работать на Российскую империю. Все необходимое для работы и проживания англичанину уже предоставили. Кстати, я не представился, подполковник Алексей Владимирович Юрцев. Департамент Генерального штаба. Я и полковник Кальницкий будем вести ваше дело…
— Какое еще дело?
— Времени у нас предостаточно. Так что расскажите подробно о своих приключениях. С того самого момента, как вы покинули корабль «Святослав» близ Синопской бухты, в ноябре прошлого года.
Я понимал, что от этого рассказа зависит моя судьба и потому решил поведать все без утайки. Мы беседовали несколько часов, даже делали перерыв на чаепитие. Иногда Кальницкий или Юрцев прерывали меня и задавали вопросы.
— Совершенно непонятно, зачем вы лично отправились в экспедицию в Западную Африку…– пробормотал Кальницкий.– Для чего рисковали, когда прыгали в море и штурмовали форт…
Я пожал плечами:
— Чтобы спасти заложников и Элизабет Гамильтон.
— Значит позднее вы все же решились сделать леди Гамильтон предложение…
— Не я лично. Не скрою, у меня вспыхнули чувства к Элизабет. Но на женитьбе настоял куратор.
Подполковник Юрцев задумался:
— Значит изначально вы все же попали под подозрение к «вашему дядюшке» Ричардсону Мельбурну.
— Да. Старик даже нанял сыщика. Но куратор вовремя успел убрать человека, который знал настоящего Джеймса Мельбурна в Бомбее и подкупил грека, с которым Джеймс Мельбурн оформлял сделку в Афинах…
